Дыхание войны. Из серии: «Вспоминают дети войны»


Л.А. Козлов, д.м.н., проф. каф. акуш и гинек. №1 КГМУ
Л.А. Козлов, д.м.н., проф. каф. акуш и гинек. №1 КГМУ

«Да удастся вам прожить каждый день своей жизни». Джонатан Свифт.

В январе 1941 года мне исполнилось 11 лет. Жили мы тогда в селе Сампур Тамбовской области. Это был районный центр. Отец работал главным агрономом РайЗО, мама – домохозяйка. Я закончил 3-й класс средней школы. Первоначально учились в старом, красного кирпича, одноэтажном здании, а затем перешли в новое двухэтажное здание.

Для меня одиннадцати летнего мальчишки воскресенье двадцать второго июня запомнилось огромным количеством людей: женщин с маленькими детьми, мужчин, стариков, девушек. На телегах, повозках, лошадях. Все эти люди съехались на главную административную площадь, расположенную на окраине дубовой рощи. Все телеги не помещаются, и многие заезжают в рощу. Площадь совсем небольшая, на ней размещены клуб, небольшая трибуна, школа комбайнеров. Напротив, через улицу, райком, райисполком, почта. По радио звучит обращение В.М.Молотова из Москвы. Все это большое море людей движется, колышется. Женщины плачут, мужчины записываются в армию, прощаются с семьями. В воздухе царило волнение, непонимание, приближение чего-то нехорошего, чувствовалось дыхание войны.

До сих пор перед глазами стоит эта массовая мобилизация. Мы мало знали о ключевых событиях войны, для того, что бы сложилось понимание – что же будет? Из репродуктора звучала музыка: «Если завтра война, так мы пели вчера…»

Отец мой еще в детстве получил травму позвоночника, результатом которой у него было пожизненное выраженное искривление позвоночника (горб). Из-за этой инвалидности он не подлежал мобилизации. В годы войны приходилось очень много работать, и искривление обострилось, осложнилось сильными болями и, в конце концов, он 7 января 1947 года умер на 41-м году жизни.


Из нашей малочисленной семьи на фронт провожать было некого. А вот у одноклассников проводы были. Особенно заполнились проводы отца моего школьного товарища, Вити Позднякова, очень быстро их семья получила извести о его гибели. Взрослые рассказывали, что он был пулемётчиком на передовых позициях, и пуля попала ему в голову, так что смерть наступила мгновенно. Виктор жил с мамой, которая часто болела, и маленькой сестренкой. Ему сразу же пришлось много помогать семье. Зимой он ставил силки на зайцев, которых в округе было множество, а летом ловил рыбу в протекающей через село реке Цне. Река была небольшая, но местами была глубокая, и там водились крупные сазаны. Нам они были недоступны. Мы, стоя поколено в воде, ловили самодельными удочками пескарей. А у Виктора от отца остались настоящие бамбуковые удочки, и он быстро овладел настоящей рыбной ловлей. Поэтому ему почти всегда удавалось приносить домой крупных сазанов, что дополняло их скромный домашний рацион. Несмотря на постоянную занятость, он учился на «отлично». Глядя на него, и я старался не отставать в учебе.

В 1942 году фронт быстро продвигался. Я помню из разговора взрослых, что «немца остановили в городе Елец, в90 кмот нашего села». В это время дыхание войны усилилось. Люди готовились к эвакуации. На базарах распродавали все имущество. Как было обидно, когда маскировали школу. Она новая, красивая, двух этажная, блестела белым цветом. К ней подогнали пожарную машину и глиняным раствором всю ее забрызгали. В одночасье школа превратилась в грязную, буро-серую. Но зато неприметную!

Из предметов к физкультуре добавили военное дело. Сначала преподавал раненый боец с фронта. Нас учили разбирать и собирать затвор винтовки. Потом пришла боевая, с небольшим украинским акцентом, задорная женщина. Обучала маршировке. А счет у нее был такой необычный: «раз, два, три, шесть; раз, два, три, шесть…».

Угрожающее дыхание войны никогда не оставляло нас… Но несмотря ни на что, разговоры, мечты, сердца людей были пропитаны оптимизмом. Общее настроенные было возвышенное и достаточно ободряющее, т.к. перед войной вышли фильмы, в которых говорилось, что если завтра война, то мы готовы встретить ее! Чужой земли мы не хотим не пяди, но и своей вершка не отдадим… Затем вышел фильм «Три танкиста». Все настолько были уверены, что мы готовы к войне и сможем отразить нападение. Помнится, любимой песней отца была песнь из кинофильма «Истребители»: «В далекий край товарищ улетает…»


Вскоре появились песни военного времени. Очень быстро стала популярной песня «Огонёк». Ее пели все и взрослые и дети. А когда вышел фильм «Два бойца», то «Темная ночь» в исполнении Марка Бернеса звучала постоянно. Родители купили патефон и мы часто слушали пластинки. Любимыми песнями были «Раскинулось море широко…» в исполнении Л. Утесова, «Валенки» Лидии Руслановой и другии.

И еще из дыхания войны. Через наше село пролегала одна из дорог, по которой шла военная техника. Ее по ленд-лизу переправляли через Иран, по Каспийскому морю, по Волге. Где-то разгружали. Периодически через наше село шли своим ходом громадные автомашины: студабеккеры, форды и другие. Вот тогда мы впервые увидели американские машины, они останавливались на ночлег в нашей дубовой роще. Эти ночёвки были большой радостью для детей. Солдаты гранатами глушили рыбу в речке, и нам кое-что перепадало. Один из них подарил мне пулеметную ленту. Правда пустую, но это стало большой гордостью для меня. Среди ребят я ходил в первых числах! Но кроме этого у нас у всех было свое самостоятельное оружие – «пугач», много самодельных игрушек. Играли в войну!

Сейчас поднимается вопрос о нашей работе в те военные годы. Приходилось. Вместе со школой ходили на полевые работы. Но вспоминаются эти моменты с радостью, так  как они доставляли удовольствие. Поясню. Мне поручили верхом без седла на лошади «таскать» борону по всему вспаханному полю, чтобы его разровнять перед посевом. Конечно, после дня такой работы, неделю «неудобно» было ходить и сидеть. Но зато когда бы еще пришлось так покататься на лошади! Или еще. В колхозе много выращивали подсолнечника. Осенью убирать его ходили всей школой вооруженные большими ножами типа «мачете». Процедура уборки состояла в следующем. Шляпку подсолнуха нужно было срубить косо и на оставшийся заостренный стебель насадить ее, перевернув семечками вниз, чтобы не склевали птицы. Зимой, эти шляпки собирали на санях и отвозили на завод. Во время уборки наша детская фантазия срубала не шляпки подсолнуха, а фашистские головы.

Через наше село периодически шли беженцы. Вот оно дыхание войны! Оно напоминало о себе!

Продолжение следует….

            Л.А.Козлов

д.м.н., профессор кафедры акушерства и гинекологии №1 КГМУ (зав. – проф. А.А. Хасанов)