Исследование структуры и взаимосвязи актуальных страхов у матерей и их детей


А.Ф. МИНУЛЛИНА1, Э.И. МуРТАЗИНА1, В.И. КОНЯШИНА2

1Казанский федеральный (Приволжский) университет, 420021, г. Казань, ул. М. Межлаука, д. 1

2Всероссийское общество слепых «Культурно-спортивный реабилитационный комплекс», 420095, г. Казань, ул. Серова, д. 7

Минуллина Аида Фаридовна — кандидат психологических наук, доцент кафедры общей и практической психологии, тел. +7-917-223-43-78, e-mail: aidamin@rambler.ru1

Муртазина Эльмира Ильдусовна — кандидат психологических наук, доцент кафедры общей и практической психологии, тел. +7-927-403-97-17, e-mail: elil@inbox.ru1


Коняшина Валентина Игоревна — реабилитолог, тел. (843) 560-62-64, e-mail: valdes-7@yandex.ru2 

Статья посвящена исследованию структуры актуальных страхов у матерей и их детей. Установлены актуальные страхи женщин-руководителей и их детей младшего школьного возраста. Выявлены особенности взаимосвязи актуальных страхов женщин-руководителей и детей младшего школьного возраста. Определены наличие и специфика взаимосвязей между актуальными страхами женщин-руководителей и актуальных страхов их детей младшего школьного возраста с особенностями родительского отношения.

Ключевые слова: актуальные страхи, женщины-руководители, дети младшего школьного возраста, особенности родительского отношения.

 


А.F. MINULLINA1, E.I. MURTAZINA1, V.I. KONYASHINA2 

1Kazan (Volga Region) Federal University, 1 M. Mezhlauk St., Kazan, Russian Federation, 420111

2All-Russia Association of the Blind «Cultureal-sports rehabilitation center», 7 Serov St., Kazan, Russian Federation, 420095

Study of the structure and the interrelationship of actual fears in mothers and their children 

Minullina А.F. —Candidate of Psychological Sciences, Associate Professor of the Department of General and Practical Psychology, tel. +7-917-223-43-78, e-mail:aidamin@rambler.ru1

Murtazina E.I. Candidate of Psychological Sciences, Associate Professor of the Department of General and Practical Psychology, tel. +7-927-403-97-17, e-mail: elil@inbox.ru1

Konyashina V.I. rehabilitologist, tel. (843) 560-62-64, e-mail: valdes-7@yandex.ru2 

The article investigates the structure of actual fears of mothers and their children. The actual fears of women top managers and their children of primary school age. The features of the interrelationship of actual fears of women top managers and their children of primary school age are revealed. The presence and specificity are determined of interrelations between actual fears of women top managers and their children of primary school age and the features of parental attitude.

Key words: actual fears, women top managers, children of primary school age, features of parental relationship.

 

Разработке проблемы изучения страхов детей отводится огромное место в трудах и исследованиях как отечественных, так и зарубежных психиатров, психотерапевтов и психологов [1-8]. Несмотря на большое количество исследований в области проблемы взрослых, личности родителей, особенностей родительского отношения, недостаточно изученным остается вопрос о том, посредством каких установок происходит трансляция актуальных страхов родителей (матерей) своим детям. Все больше и больше женщин являются успешными управленцами в разных сферах трудовой деятельности. Из-за недостатка времени для общения со своим ребенком у матерей резко возрастает чувство беспокойства за него. Страхи и беспокойство матерей (женщин-руководителей) имеют возможность выражаться в процессе внутрисемейных отношений. Та или иная модель семейных отношений (в диаде «мать-ребенок») может оказывать влияние на формирование определенных страхов у детей [2, 7, 8] и вызвать невротические расстройства [9].

Исследовать структуру и взаимосвязь актуальных страхов матерей (женщин-руководителей) и их детей стало целью данной работы. В качестве гипотезы было выдвинуто следующее предположение: взаимосвязь актуальных страхов матерей (женщин-руководителей) и их детей опосредована особенностями родительского отношения. В исследовании принимали участие учащиеся вторых классов муниципальных общеобразовательных учреждений г. Казани и их матери (женщины, занимающие руководящие должности). Общее количество испытуемых — 54 человека: 27 детей (16 мальчиков и 11 девочек) и 27 матерей (средний возраст — 29-36 лет).

Методы исследования: 1) наблюдение за эмоциональными реакциями, высказываниями и действиями испытуемых в процессе выполнения диагностических процедур; 2) беседа с испытуемыми с целью прояснения, дополнения, анализа информации, полученной при применении проективных методик; 3) тестирование с помощью методик: Опросника иерархической структуры актуальных страхов личности Ю. Щербатых и Е. Ивлев; методики А.И. Захарова и М. Панфилова «Страхи в домиках»; методики PARI (parental attitude research instrument — методика изучения родительских установок) Е.С. Шефер и Р.К. Белл, адаптирована Т.В. Нещерет; 4) методы математической обработки данных: вычисление среднего, метод линейного корреляционного анализа по Пирсону.

Исследование страхов у матерей

Результаты исследования отражены в табл. 1.У матерейнаиболее выражен страх болезни близких людей, страх преступности, войны и страх глубины. Необходимо отметить, что эти же страхи имеют высокую выраженность в детской выборке. Это связано с высоким уровнем ответственности, осознанностью позиции матери.

Таблица 1. 

Выраженность актуальных страхов у матерей (сред. значения) и у их детей (в %)

Наименование страхов у матерей(опросника иерархической структуры актуальных страхов личности Ю. Щербатых и Е. Ивлев)СредниезначенияНаименование страхов у детей (методика «Страхи в домиках»)Выраженность(в %)

 

1страх пауков и змей55,74остаться в одиночестве33,33
2страх темноты3,12нападения81,50
3страх сумасшествия4,39заболеть, заразиться51,91
4страх болезни близких8,51умереть98,91
5страх преступности7,13смерти родителей92,64
6страх начальства5,14каких-то детей14,81
7страх изменений в личной жизни5,88каких-то людей51,92
8страх ответственности5,80мамы или папы22,21
9страх старости4,86наказания родителей48,14
10страх за сердце4,33сказочных персонажей22,18
11страх бедности5,34перед тем как заснуть14,79
12страх перед будущим5,56страшных снов59,26
13страх перед «экзаменами»4,51темноты25,88
14страх войны6,03животных55,49
15страх смерти4,19транспорта40,71
16боязнь замкнутых пространств5,93стихии44,44
17страх высоты5,31высоты44,37
18страх глубины6,25глубины74,14
19страх негативных последствий болезней близких6,40замкнутого пространства44,36
20страх заболеть каким-либо заболеванием5,36воды25,89
21страхи, связанные с половой функцией2,74огня70,42
22страх самоубийства1,52пожара77,71
23страх перед публичными выступлениями4,12войны70,35
24страх агрессии по отношению к близким4,59больших улиц, площадей25,88
25врачей (кроме зубных)25,94
26крови37,04
27уколов25,87
28боли48,14
29неожиданных воздействий40,73
30опоздать в школу55,45

 

Менее же выражены среди матерей страхи темноты, страх самоубийства, страхи, связанные с половой функцией, и страх публичных выступлений. Это обусловлено сформированностью личности родителя, ее социальной направленностью. Возможно, достаточно невысокие показатели по шкале «боязнь публичных выступлений» связаны с тем, что матери, принимавшие участие в исследовании, являются управленцами высшего, среднего, низшего звена. Их ежедневная профессиональная деятельность связана с непрерывным общением с людьми, выступлениями, собраниями.

Анализ взаимосвязи актуальных страхов у матерей

Проведенный корреляционный анализ выявил наличие следующих взаимосвязей:

1. Страх негативных последствий болезни близких и страх начальства (r=0,45 при p≤0.05). Известно, что негативные последствия болезни близких отражаются на жизни семьи в целом. Матери тревожатся за то, что после болезни и, конечно, во время нее, необходимо больше времени уделять болеющему близкому. Следовательно, будет страдать их карьера, не будут в полной мере выполняться ими должностные обязанности, что актуализирует их опасения перед начальством.

2. Страх преступности и страх изменений в личной жизни (r=0,44 при p≤0,05). Возможно, что матери бояться преступлений по отношению к ним самим, а так же испытывают тревогу за возможность совершения преступных действий в отношении их близкого окружения. Любое преступление неизбежно сопровождается и влечет за собой какие-либо изменения во всех сферах жизни, в том числе и в личной. Следовательно, чем больше матери боятся преступности, тем больше их пугают возможные изменения в личной сфере.

3. Большинство матерей испытывают страх перед будущим. Этот страх напрямую взаимосвязан со страхами войны (r=0,50 при p≤0.05), смерти (r=0,49 при p≤0.05), негативных последствий болезни близких (r=0,58 при p≤0.05) и агрессии по отношению к близким (r=0,44 при p≤0.05). Все перечисленное так или иначе влечет за собой изменения в будущей жизни.

4. Война воспринимается человеком, как угроза безопасности во всех аспектах. Именно этим можно объяснить актуальный страх войны среди матерей, во взаимосвязи со страхами смерти (r=0,43 при p≤0.05), негативных последствий болезни близких (r=0,63 при p≤0,05), страха заболеть (r=0,53 при p≤0.05).

5. Страх глубины и страх публичных выступлений (r=0,48 при p≤0.05). Большинство исследователей проблем страхов сходятся во мнении, что страх глубины интерпретируется как страх утонуть, захлебнуться, оказаться в неизбежном «тупике», потерять опору. Это связано с тем, что в процессе погружения под воду и во время боязни публичных выступлений наблюдаются схожие симптомы, а именно приступ удушья, нехватка воздуха, потеря опоры, невозможность повлиять на ситуацию, потеря контроля над происходящим.

6. Страх сумасшествия и страхи: изменений в личной жизни (r=0,47 при p≤0.05), старости (r=0,60 при p≤0.05), войны (r=0,61 при p≤0.05), негативных последствий болезни близких (r=0,47 при p≤0.05), заболеть, заразиться (r=0,42 при p≤0.05). Все перечисленное зачастую ведет к необратимым последствиям. Динамика деятельности руководителей, быстрая смена событий обычно контролируются и планируются самой женщиной, тогда как указанные выше актуальные страхи контролю не подлежат, они и вызывают наибольшее опасение.

7. Страх темноты и страх старости (r=0,48 при p≤0.05), страх изменений в личной жизни (r=0,41 при p≤0.05). Боязнь темноты — это боязнь неопределенности: пугает то, что неопределенно и неизвестно. Старость — это едва ли не одно из самых неопределенных явлений в жизни человека, не достигшего этого периода.

8. Страх бедности и страх перед будущим (r=0,39 при p≤0.05). Матерей пугает возможное несоответствие их материального положения современным потребностям жизни, следовательно, страшит неопределенность в будущем.

9. Чувство ответственности накладывает на человека бремя забот и переживаний. Как показало наше исследование, чем более актуализирован страх ответственности, тем более выражены страхи: за сердце (r=0,43 при p≤0.05), перед будущим (r=0,57 при p≤0.05) и смерти (r=0,52 при p≤0,05).

10. Логичным является и тот факт, что чем выше страх смерти, тем более будут выражены страхи негативных последствий болезни близких (r=0,48 при p≤0.05), страх агрессии по отношению к близким (r=0,48 при p≤0.05). Смерть, как самый сильный разрушительный инстинкт, является неразрывно связанным с агрессией и болезнью. 10. Болезнь может внести значительные коррективы в динамичную жизнь женщины-руководителя. Болезнь самой матери, безусловно, повлияет на ее карьеру. Из-за неуспешности в работе может быть проявлена агрессия по отношению к близким (r=0,40 при p≤0.05).

Как утверждает А.И. Захаров, все виды страхов, связанных с болезнями, последствиями болезней, воздействиями, представляют собой трансформированный страх смерти, который имеет эгоцентрическую направленность и связан с инстинктом самосохранения [4, 5]. У женщин-руководителей этот страх имеет значительно более сильную трансформацию, в сравнение с женщинами, не являющимися управленцами. Это обусловлено насыщенной динамичной жизнью женщины, занимающей руководящую должность. Высокий уровень моральной и материальной ответственности, активный образ жизни, ситуации, связанные с риском, ведут к сильной трансформации страха.

 Исследование страхов у детей

Полученные результаты представлены в табл. 1. Наиболее выраженными среди детей являются страхи: смерти, смерти родителей. Это обусловлено тем, что именно в этом возрасте (8-9 лет) у детей на смену эгоцентрической направленности личности приходит социоцентрическая направленность — страх собственной смерти трансформируется в страх смерти родителей. В процессе обучения в школе дети осваивают социальную позицию школьника, у них возрастает чувство ответственности, долга, формируются обязанности, что способствует более активному развитию нравственных сторон личности. Затем по степени выраженности следуют страхи: нападения, пожара, огня, войны и глубины.

Как утверждает А.И. Захаров, все перечисленные страхи есть не что иное, как трансформированный страх смерти, собственной смерти, эгоцентрический и инстинктивно обусловленный. Эти страхи трансформируются к младшему школьному возрасту в вышеуказанные социально опосредованные страхи [4].

Наименее выражены страхи сказочных персонажей, страх засыпать, страх родителей и страх других детей. «Страх других детей» — один из наименее выраженных в данной выборке. Вероятно, это связано с тем, что именно на втором году обучения в школе ребенок устанавливает контакты со сверстниками. Данный возрастной период является сенситивным для налаживания социальных контактов в группе сверстников. Достаточно мало выражены страх темноты, страх одиночества и страх замкнутого пространства. По мнению А.И. Захарова, эта триада страхов характерна для детей дошкольного возраста [5]. Также сравнительно небольшое количество детей подвержены страхам воды, медицинским страхам и страху перед большими открытыми пространствами.

Анализ взаимосвязи актуальных страхов у детей

Проведенный корреляционный анализ показал наличие достоверных связей между актуальными страхами:

1.         Страх нападения и страх опоздать (r=−0.43, при p≤0.05). Можно предположить, что страх нападения является инстинктивным, эгоцентрически направленным, а страх опоздать имеет социоцентрическую направленность. Следовательно, чем выше страх инстинктивный, тем менее выражены страхи нарушения социальных норм.

2. Страх животных и страх замкнутого пространства (r=0,50, при p≤0.05). Как утверждал А.И. Захаров, страж животных интерпретируется как боязнь того, что в случае встречи с неким животным ребенок не сможет оказать на него никакого влияния [5]. Аналогичные чувства возникают у детей, находящихся в замкнутом пространстве, т.е. неспособность повлиять на ситуацию, изменить ее.

3. Страх глубины и страх замкнутого пространства (r=0.53 при p≤0.05), страхи: пожара (r=0,50 при p≤0.05), крови (r=0,45 при p≤0.05), боли (r=0,44 при p≤0.05), неожиданных воздействий (r=0,49 при p≤0.05). Это объясняется тем, что глубина является своего рода тем же замкнутым пространством, представленным в иной форме. Следовательно, чем больше ребенок боится глубины, тем больше он будет бояться замкнутых пространств.

4. Страх огня и страх пожара (r=0.63 при p≤0.05), страх открытых пространств (r=0.38 при p≤0.05) и неожиданных воздействий (r=0.54 при p≤0.05). Огонь можно рассматривать как неожиданную угрозу, воздействие. Кроме того, и указанные выше страхи, и страх опоздать (r=0.40 при p≤0.05) являются социальными страхами, и между ними существует неоспоримая взаимосвязь.

5. Страх страшных снов и страхи: войны (r=0,45 при p≤0.05), высоты (r=0,49 при p≤0.05), уколов (r=0,42 при p≤0.05), которые несут вероятность вредоносного воздействия. Все эти страхи не имеют конкретного предмета и сопровождаются тревожными ощущениями. Не имея возможности выражаться во вне, они выражаются в снах.

6. Страх людей и страх неожиданных воздействий (r=0,50 при p≤0.05), страх боли (r=0,41 при p≤0,05). Вероятно, именно люди могут быть причиной воздействия и боли. В этих случаях боязнь глубины (r=0,44 при p≤0.05) и замкнутых пространств (r=0,41 при p≤0.05) аналогично напрямую связана со страхом людей. Страх людей имеет обратную связь со страхом засыпать (r=−0,43 при p≤0.05). Дети, возможно, боятся умереть во сне, лишившись тем самым социальных контактов и социального взаимодействия.

7. Боязнь заболеть, заразиться каким-либо заболеванием у младших школьников и страх стихии (r=0,71 при p≤0.05), страх высоты (r=0,56 при p≤0.05). Как стихия, так и война ведут к неизбежным негативным последствиям, равно как и болезнь. Под негативными последствиями понимается в том числе и смерть.

8. Страх мамы или папы и страх войны (r=−0,43 при≤0,05). Самое ужасное и разрушительное для ребенка — это крах жизненных ценностей. Можно предположить, что когда ребенок боится родителей, испытывает страх перед самыми близкими и значимыми людьми, все другие страхи становятся менее актуальными.

9. Страх наказания и страх уколов (r=0,44 при p≤0.05), страх неожиданных воздействий (r=0,41 при p≤0.05). Страх наказания достаточно ярко выражен среди детей, он присутствует примерно у 50% младших школьников. Наказания, как правило, являются внезапными, сложно предсказуемыми ребенком. Следовательно, чем больше выражен страх наказания, тем больше будут выражены страхи неожиданных воздействий и уколов.

10. Страх темноты и страхи: транспорта (r=0,71при p≤0,05), высоты (r=0,49 при p≤0.05), уколов (r=0,42 при p 0.05). Известно, что дети младшего школьно возраста боятся не собственно темноты, а того, что за ней скрывается. Также пугает имеющаяся возможность того воздействия, которое может быть оказано на ребенка в темноте. Все перечисленные выше страхи связаны именно с возможным воздействием, которое в самом крайнем случае влечет за собой смерть. Таким образом, ребенка пугает темнота как неопределенность и связанный с ней страх смерти, который выражен в страхах транспорта, войны, уколов как неожиданного воздействия.

Исследование особенностей родительского отношения

Полученные в ходе тестирования данные содержатся в табл. 2.

Таблица 2.

Средние значения по методике PARI (матери)

Признаки Ср. знач.
1Вербализация14,91
2Чрезмерная забота13,48
3Зависимость от семьи14,57
4Подавление воли15?03
5Ощущение самопожертвования15,54
6Опасение обидеть15,67
7Семейные конфликты13,61
8Раздражительность13?02
9Излишняя строгость11,06
10Исключение внутрисемейных влияний14,79
11Сверхавторитет родителей16,72
12Подавление агрессивности12,86
13Неудовлетворенность ролью хозяйки11,84
14Партнерские отношения15,13
15Развитие активности ребенка15,77
16Уклонение от конфликта12,22
17Безучастность мужа14,35
18Подавление сексуальности13,68
19Доминирование матери15,5
20Чрезвычайное вмешательство в мир ребенка15,56
21Уравненные отношения16,93
22Стремление ускорить развитие ребенка14,11
23Несамостоятельность матери16,14

 

Наиболее выраженными признаками воспитательной тактики матерей является «самопожертвование», «авторитет родителей», «несамостоятельность матери», «активность ребенка». Можно предположить, это связано с тем, что во многих случаях семьи являются не нуклеарными, а расширенными. Следовательно, так или иначе на самостоятельность матери оказывают влияние люди более старшего поколения, тем самым заглушая всякое проявление инициативных действий матери, освоение ею роли хозяйки. Нередко функции матери и хозяйки выполняют другие лица, тем более учитывая руководящие должности испытуемых. Вероятно, в силу этого изменяется и воспитательная тактика матери по отношению к ребенку. Менее выражены следующие признаки: «неудовлетворенность ролью хозяйки», «подавление агрессии», «чрезмерная забота, раздражительность». Матери, принимавшие участие в исследовании, являются руководителями высшего, среднего и низшего звена. Трудовая деятельность занимает у них значительно больше времени, чем работа, связанная с меньшим уровнем ответственности. Следовательно, воспитанию детей отводится меньше времени и часть обязанностей по воспитанию ребенка переходит к другим членам семьи. Недостаток времени компенсируется чрезмерным вмешательством матерей в мир ребенка, желанием ускорить процесс взросления ребенка.

 Анализ взаимосвязи актуальных страхов у матерей и их детей с особенностями родительского отношения

Результаты представлены в корреляционной плеяде на рис. 1. Проведенный корреляционный анализ между исследуемыми показателями показал наличие достоверных связей между:

1. Страх перед экзаменом и установка на подавление воли (r=0.48 при p≤0.05), страх высоты у детей (r=-0.38 при p≤0.05). Страх перед экзаменом трактуется как страх перед контролем, страх отрицательной оценки, страх «социального провала». Этот страх выражается в установке матери на подавление сопротивления, т.е. подавление воли. Возможно, посредством такой установки матери подавляют всяческое проявление физической и психической активности ребенка, его самостоятельности, не развивают волевую сферу личности своего ребенка. И, как следствие, даже инстинктивно обусловленный страх смерти, трансформированный в страхе высоты, отходит на второй план и становится менее значимым. Другими словами, в такой родительской установке ребенку транслируется великая значимость, исключительная роль положительной социальной оценки.

2. Установка «ощущение самопожертвования в роли матери» и страх смерти родителей у ребенка (r=0.42 при p≤0.05). Страх матери за сердце и родительская установка «ощущение самопожертвование» (r=0.47 при p≤0.05). В процессе воспитания матери различными способами транслируют свой страх ребенку и у него формируется сильно выраженный страх смерти родителей. Таким образом, можно сделать вывод, что чем выше у матери страх за собственное сердце, тем сильнее у нее чувство самопожертвования в роли матери, реализуемое в процессе воспитания. Что в свою очередь может формировать у ребенка боязнь потери родителей.

Рисунок 1.

Корреляционная плеяда взаимосвязей исследуемых признаков

Screenshot_4

Примечание: цифрами обозначены наименования признаков: 1 — страх перед экзаменом; 2 — страх за сердце; 3 — страх смерти; 4 — страх войны; 5 — страх последствий болезни близких людей; 6 — страх бедности; 7 — страх заболеть; 8 — страх старости; 9 — страх сумасшествия; 10 — страх замкнутых пространств; 11 — страх, связанный с половой функцией; 12 — страх ответственности; 13 — страх перед будущим (по опроснику иерархической структуры актуальных страхов личности Ю. Щербатых и Е. Ивлева); 14 — установка на подавление воли; 15 — страх высоты (у детей); 16 — установка на самопожертвование; 17 — страх смерти родителей (у детей); 18 — излишняя строгость (у матерей); 19 — страх заболеть; 20 — страх открытых пространств; 21 — страх транспорта (у детей); 22 — установка на подавление агрессивности ребенка (у матерей); 23 — страх стихии; 24 — страх одиночества (у детей); 25 — безучастность мужа (у матерей); 26 — страх боли (у детей); 27 — установка на развитие активности ребенка; 28 — установка на партнерские отношения (у матерей); 29 — страх наказания мамы или папы (у детей); 30 — неудовлетворенность ролью хозяйки (у матерей); 31 — страх войны (у детей); 32 — установка на семейные конфликты (у матерей); 33 — страх страшных снов (у детей).

Сплошной линией обозначены прямые корреляционные связи, пунктирной — обратные.

 

3. Актуальные страхи матерей, такие как страх ответственности (r=0.52 при p≤0.05), страх перед будущим (r=0,46 при p≤0.05), страх за сердце (r=0,43 при p≤0,05), страх смерти (r=0,51 при p≤0.05) и родительская установка «семейные конфликты». Следовательно, чем более выражены данные виды страхов у родителей, тем более выражены и семейные конфликты, как в процессе воспитания детей, так и в семейных отношениях в целом. Из-за конфликтных отношений в семье ребенок чувствует постоянную неопределенность, эмоциональную нестабильность, что имеет выражение в боязни страшных снов, которые ребенок идентифицирует с чем-то, на что невозможно повлиять, с чем-то плохим, что происходит помимо его воли. Таким же образом ребенок воспринимает и противостояние в семейных отношениях. Соответственно, в таких условиях дети больше боятся и войны, краха всего вокруг (r=0.42 при p≤0.05; r=0.47 при p≤0.05).

4. Актуальный страх смерти матерей и установка «излишняя строгость» (r=0,39 при p≤0,05). Постоянные ограничения в процессе воспитания, суровость, ригидность ведут к формированию у ребенка большого количества актуальных страхов, таких как: заболеть, заразиться каким-либо заболеванием (r=0,41 при p≤0,05), страх транспорта (r=0,52 при p≤0,05), высоты (r=0, 42 при p≤0,05), открытых пространств (r=0, 39 при p≤0,05). Это объясняется тем, что страх смерти у матерей выражается в постоянном беспокойстве за состояние ребенка, его безопасность. Стремление матерей дисциплинировать, организовать ребенка, их бесконечные запреты, суровость и строгость ведут к возникновению трансформированного страха смерти у ребенка, выраженного в боязни высоты, транспорта, заболеваний, что влечет за собой чувство незащищенности, «обнаженности».

5. Страхи матерей (женщин-руководителей) войны (r=0, 53 при p≤0,05), смерти (r=0, 41 при p≤0,05), негативных последствий болезни близких (r=0,46 при p≤0,05) и установки «подавление агрессивности ребенка». Война, смерть обусловлены агрессией. Матери, испытывающие вышеуказанные страхи, стремятся воспитывать детей, подавляя эти чувства, опасаясь различных негативных последствий, что влечет за собой проявление агрессии. Ребенку внушается, что всяческое проявление агрессии сопровождается отрицательными последствиями, разрушением. Этим объясняется взаимосвязь установки матерей на «подавление агрессивности» со страхами у ребенка: стихии (r=0, 47 при p≤0,05), одиночества (r=-0,39 при p≤0,05). Возможно, матери, подавляя агрессивность ребенка (известно, что данная установка относится к признаку концентрации на ребенке), стремятся сформировать у ребенка лояльное и толерантное отношение к людям, сформировать коммуникативные способности. Страх бедности с установкой «подавление агрессивности» имеет обратную корреляционную связь (r=-0,53 при p≤0,05), т.к. актуальные страхи, перечисленные выше, имеют биологическую природу, а страх бедности является все же социально обусловленным. Испытывая данный вид страха, женщины будут меньше подавлять агрессивность в ребенке, и их потенциал будет направлен на преодоление возможных фактов материального неблагополучия.

6. Страх ответственности и позиция «неудовлетворенности ролью хозяйки дома» (r=0,54 при p≤0,05), страх за сердце (r=0,49 при p≤0,05). Если у матери актуальным страхом является страх ответственности, логично предположить, что женщины избегают всякого рода ответственности. Роль хозяйки дома предусматривает высокий уровень ответственности за организацию быта семьи. Страх за сердце есть трансформированный страх смерти. Если мама опасается за сердце, она избегает нагрузок различного рода, в том числе связанных с хозяйственной деятельностью. Если женщина не удовлетворена собой как хозяйкой, можно предположить, что быт семьи организован недостаточно качественно. Позиция неудовлетворенности ролью хозяйки дома формирует у ребенка страх войны (r=0,41 при p≤0,05). Страх войны — трансформированный и социально окрашенный страх смерти, нестабильности, возможность внезапного краха и разрушения быта.

7. Страхи матерей, связанные с половой функцией и установка «партнерские отношения» (r=-0,43 при p≤0,05), страх замкнутого пространства (r=0,51 при p≤0,05). Следовательно, если матери удовлетворены собой, то усиливается их эмоциональный контакт с ребенком и партнерские отношения с ним. Партнерские отношения предполагают равноправие в семье, уравненные отношения к ребенку со стороны родителей. Партнерские отношения влекут за собой гармоничное развитие личности ребенка, благоприятный климат в семье.

8. Актуальные страх сумасшествия (r=0,41 при p≤0,05), страх за сердце (r=0,44 при p≤0,05), страх замкнутых пространств (r=0,42 при p≤0,05), страх бедности (r=-0,48 при p≤0,05) матерей и родительская установка «развитие активности ребенка». Перечисленные актуальные страхи есть не что иное, как трансформированный страх смерти. Матери стремятся как можно раньше развить ребенка, приучить его к самостоятельности, тревожась за неблагополучие собственного здоровья. Чем больше матери тревожатся о материальном состоянии, тем меньше они стремятся развить активность ребенка. Развитие ребенка предполагает его самостоятельность, в условиях нестабильного материального положения, для женщин-руководителей, становится затруднительным воспитывать активного ребенка. Развитие активности накладывает на ребенка определенную ответственность и обязательства, необходимость соответствия ожиданиям родителей. Таким образом, у ребенка, в отношении которого реализуется указанная установка, наблюдается страх войны (r=0,40 при p≤0,05). Как известно, страх войны — это социальный страх, страх угрозы социальным контактам, существованию ребенка как личности.

9. Страх замкнутых пространств и страх заболеть каким-либо заболеванием (r=-0,50 при p≤0,05) и «безучастность мужа» (r=0,47 при p≤0,05). Страх замкнутых пространств есть переживание по поводу неспособности повлиять на ситуацию, каким-либо образом изменить ее. «Безучастность мужа» влечет за собой чувство незащищенности, неспособности изменить ситуацию, у женщин нет ощущения поддержки. Отстраненность мужа в семейных отношениях взаимосвязана с формированием у ребенка страха страшных снов (r=0,50 при p≤0,05). Нестабильность, неопределенность между супругами негативно отражается на эмоциональном состоянии ребенка, которое отражается в боязни страшных снов. Неблагополучность отношений между супругами формирует в ребенке неуверенность, незащищенность, что выражается в боязни боли (r=0,47 при p≤0,05).

10. Страх старости (r=0,41 при p≤0,05) и страх перед «экзаменом» (r=0,39 при p≤0,05) и «несамостоятельность матери». Оба эти страха представляют трансформированный страх ответственности. Если женщина боится ответственности в любом ее проявлении, боится контроля, оценки, она будет испытывать сложность в проявлении самостоятельности. Эта установка формирует у ребенка страх сказочных персонажей (r=0,43 при p≤0,05). Сказочные персонажи являются нарушителями социальных норм и правил. Матери, чувствующие свою несамостоятельность, не в силах сформировать у ребенка адекватную и критичную оценку общественных норм. «Несамостоятельные» матери затрудняются придерживаться какой-либо одной конкретной тактики воспитания. Вследствие чего у ребенка формируется расхождение в представлениях о нормах и ценностях. «Несамостоятельность» матери является неблагоприятным признаком в системе эмоциональных отношений в диаде «мать-ребенок». Это нарушает формирование благоприятного климата в отношениях, что ведет к ослаблению контакта между матерью и ребенком [2, 5, 7, 9].

Таким образом, на основании проведенного исследования и полученных результатов можно сделать следующие выводы.

1. Объяснение феномена страха зависит от специфики и особенностей конкретной психологической школы.

2. Структура актуальных страхов женщин-руководителей зависит от характера и специфики их профессиональной деятельности.

3. Актуальные страхи женщин-руководителей могут быть одним из источников формирования страхов у их детей.

4. Транслируемые ребенку страхи могут проявляться в трансформированном виде.

5. Для детей младшего школьного возраста характерен трансформированный в социально опосредованные страхи (нападения, пожара, огня, войны и глубины) страх собственно смерти и страх смерти родителей.

6. К особенностям родительского отношения к детям у женщин-руководителей можно отнести: отсутствие самостоятельности и ощущение ими самопожертвования в реализации воспитательной тактики, стремление, с одной стороны, быстрее развить активность ребенка и ориентация на партнерские с ним отношения, а с другой стороны, стремление к подавлению у него воли.

7. Формирование и развитие детских страхов опосредованно особенностями родительского отношения.

 

 

ЛИТЕРАТУРА 

1. Айке Д. Страх. Концепции фрейдистского психоаналитического направления // Энциклопедия глубинной психологии. — М.: ЗАО МГ Менеджмент, 1998. — Т. 1. — 800 с.

2. Захаров А.И. Неврозы у детей и подростков. Анамнез, этиология и патогенез. — М.: Просвещение, 1986. — 185 с.

3. Менделевич В.Д. Психология девиантного поведения / Учебное пособие. — СПб, 2005. — 445 с.

4. Менделевич В.Д., Соловьева С.Л. Неврозология и психосоматическая медицина. — М.: МЕДпресс-информ, 2002. — 608 с.

5. Астапов В.М. Тревожность у детей. 2-е изд. — СПб: Питер, 2004. — 224 с.

6. Божович Л.И. Проблемы формирования личности. Избр. псих. труды / Л.И. Божович, под ред. Д.И. Фельдштейна. — Москва; Воронеж: Ин-т практической психологии, 1995. — 456 с.

7. Захаров А.И. Дневные и ночные страхи у детей. — СПб: Речь, 2005. — 332 с.

8. Мартыненко О.Б. Происхождение страхов у детей // Журнал прикладной психологии. — 2003. — № 2. — С. 6-7.

9. Прихожан А.М. Тревожность у детей и подростков; психологическая природа и возрастная динамика. — М.: Московский психолого-социальный институт; Воронеж: Издательство НПО «МОДЭК», 2000. — 304 с.

REFERENCES

1. Ayke D. Strakh. Fear. Freudian psychoanalytic concept of direction. Entsiklopediya glubinnoy psikhologii. Moscow: ZAO MG Menedzhment, 1998. Vol. 1. 800 p.

2. Astapov V.M. Trevozhnost’ u detey [Anxiety in children]. Saint Petersburg: Piter, 2004. 224 p.

3. Bozhovich L.I. Problemy formirovaniya lichnosti. Izbr. psikh. trudy [Problems of identity formation. Selected Psychological Works]. Moscow; Voronezh: In-t prakticheskoy psikhologii, 1995. 456 p.

4. Zakharov A.I. Dnevnye i nochnye strakhi u detey [Day and night terrors in children]. Saint Petersburg: Rech’, 2005. 332 p.

5. Zakharov A.I. Nevrozy u detey i podrostkov. Anamnez, etiologiya i patogenez [Neuroses in children and adolescents]. Moscow: Prosveshchenie, 1986. 185 p.

6. Martynenko O.B. Origin of fears in children. Zhurnal prikladnoy psikhologii, 2003, no. 2, pp. 6-7 (in Russ.).

7. Mendelevich V.D. Psikhologiya deviantnogo povedeniya: uchebnoe posobie [Psychology deviant behavior: tutorial]. Saint Petersburg, 2005. 445 p.

8. Prikhozhan A.M. Trevozhnost’ u detey i podrostkov; psikhologicheskaya priroda i vozrastnaya dinamika [Anxiety in children and adolescents; psychological nature and age dynamics]. Moscow: Moskovskiy psikhologo-sotsial’nyy institut; Voronezh: Izdatel’stvo NPO “MODEK”, 2000. 304 p.

9. Mendelevich V.D., Solov’eva S.L. Nevrozologiya i psikhosomaticheskaya meditsina [Nevrozologic and psychosomatic medicine]. Moscow: MEDpress-inform, 2002. 608 p.