Из пушки по воробьям в эпоху резистентности


Из пушки по воробьям в эпоху резистентностиПациент спрашивает у врача: «У меня болит голова, что мне делать?»

Доктор ему отвечает:

2000 год до нашей эры – поешь корешков;

1000 год нашей эры – корешки – это язычество, молись;

1850 год – молитва – это предрассудки, выпей эту микстуру;


1940 год – микстура – это яд, прими эти таблетки;

1985год – таблетки не действуют, возьми антибиотики;

2000 год – антибиотики не действуют, поешь-ка корешков…

Как говорится, в каждой шутке есть доля правды, и этот анекдот из истории медицины как нельзя лучше отражает нашу современную действительность. Антибактериальная терапия в эпоху резистентности, а именно так называют ученые всего мира время, в которое мы сегодня живем вызывает опасение в плане своей эффективности, или если начистоту — неэффективности. Выбор антибактериальных препаратов представляет определенную проблему, о которой говорят пульмонологи, оториноларингологии, урологи, терапевты, дерматовенерологи, гинекологи и другие специалисты, сталкивающиеся в своей клинической практике с воспалительными процессами. Особенно ярко это проявляется при заболеваниях верхних дыхательных путей.


Насколько актуален вопрос резистентности к антибактериальной  терапии  в оториноларингологии, и каким образом она решается казанскими специалистами – об этом в интервью с главным оториноларингологом УЗ г.Казани, заведующим кафедрой оториноларингологии КГМА, доктором медицинских наук, профессором Владимиром Николаевичем Красноженом.

—  Актуальность проблемы заключается в том, что в последние годы наблюдается довольно высокий уровень резистентности к применяемым антибактериальным средствам. Именно поэтому перед наукой и фармацевтической промышленностью стоит общая задача – создать новые антибактериальные препараты для лечения ЛОР-заболеваний.

  С чем связана такая ситуация? Почему формируется резистентность?

—  Устойчивость к антибиотикам — это, образно говоря, результат межвидовой борьбы человека и патогенных бактерий. Здесь действует классический закон Дарвина, когда выживает наиболее приспособленный. Устойчивость к конкретному антибиотику активно вырабатывается у бактерий, на которых направлено действие препаратов.

Согласно международному определению «микроорганизм считается резистентным к антибиотику, если он имеет механизмы защиты к данному препарату и при лечении инфекций, вызванных этим возбудителем, нет клинического эффекта даже при использовании максимальных доз антибиотика. Различают природную и приобретенную резистентность. Природная – это генетически обусловленное отсутствие чувствительности микроорганизма к антибактериальным средствам. Приобретенная резистентность возникает вследствие мутации отдельных штаммов бактерий и селекции устойчивых клонов микроорганизмов или в результате плазмидного обмена генетической информации между бактериями.

Основной причиной формирования устойчивости бактерий к тому или иному антибактериальному средству является, так называемое, бесконтрольное  применение антибиотиков – как «из пушки по воробьям», а также применение антибактериальных препаратов при вирусных инфекциях,

гриппе, назначение антибиотиков в низких дозах, короткими курсами, частая их смена.

Еще пару десятилетий назад антибактериальная терапия применялась без врачебного контроля, что называется  — добровольно и самостоятельно. Аптечная сеть поддерживала своего потребителя, отпуская без рецепта врача препараты антибактериального действия.

—  Что-нибудь изменилось на сегодняшний день?

—  Изменилось. Сегодня показания к применения антибиотиков стали довольно строгими. Исключительно те заболевания, которые имеют бактериальную (а не ОРВИ!) природу лечатся соответствующими антибактериальными препаратами.

—  Каков путь преодоления резистентности?

—  Первое, разработка или усовершенствование антибактериальных препаратов. Второе – это контроль за применением антибиотиков, а также  грамотно проведенная атибактериальная терапия. Важно научить врачей назначать антибиотики, учитывая все побочные эффекты. Необходимо отметить, что у некоторых антибактериальных  препаратов в ряде побочных действий имеется «летальный исход».   

—  Антибиотик и бактерия.… Насколько сложны и контролируемы эти отношения?

—  Антибиотик и микроорганизм — это две противоборствующие силы. Изобретатели антибиотиков каждый раз придумывают все более изощренные методы уничтожения микробов, а микробы, эволюционируя, создают порой уникальные, абсолютно непостижимые механизмы защиты. Пенициллины, цефалоспорины поражают микробы, нарушая синтез клеточной стенки микроорганизмов. Макролиды, тетрациклины, линкозамиды ингибируют синтез белка в рибосомах микроорганизмов. Хинолоны, фторхинолоны дезорганизуют репликацию ДНК микробной клетки, а нитрофураны — синтез ДНК. Микроорганизмы, защищаясь, способны вырабатывать ферменты, разрушающие антибиотик. Они укрепляют, по сути, «замуровывают» клеточную стенку, и антибиотик не может проникнуть внутрь. Есть микроорганизмы, которые создали нечто подобное насосу и «выкачивают» проникший в них антибиотик. А «полем боя» является человеческий организм, который реагирует и на микроб, и на антибиотик, и на их противостояние.

Реакция организма зависит как от его индивидуальных особенностей (иммунитета, способности метаболизировать продукты обмена, устойчивости центральной и вегетативной нервной систем), так и от характеристики микроба, его инвазивности — умения преодолевать защитные барьеры и диссеминироваться в организме, патогенности — способности вызывать болезнь. Необходимо отметить, что некоторых случаях хирургические операции заканчиваются тем, что в организме остается  какой-либо имплант. Имплант – это всегда источник инфекции, так называемая, «биологическая пленка», которая сложно поддается антибактериальной терапии. В связи с этими биопленками, пневмония стала жизнеугрожающим заболеванием.

Таким образом, лечение инфекционного заболевания антибиотиками — сложная задача, и, решая ее, нужно с большой ответственностью подходить к выбору антибактериальных препаратов.

                                                                                     Екатерина Лобанова

 

Цифры говорят сами за себя

 В Европе, по данным мониторингового документа Alexander

Project (1998-2000), резистентность S.рneumoniae к пенициллину составляет

18,2%, кларитромицину — 24,1%. Результаты собственных исследований свидетельствуют о том, что устойчивость к цефазолину S. рneumoniae, выделенного у больных пульмонологического отделения в 2000- 2001 гг. (г. Винница), составила 39,2%, доксициклину — 42,3%.