Особенности принятия решений врачами скорой медицинской помощи


В начале марта 2010 министр здравоохранения и социального развития РФ Т.А. Голикова  на заседании коллегии ведомства объявила о намерении министерства поэтапно реформировать систему оказания скорой медицинской помощи. Проведение реформы запланировано до 2020 года. Одна из целей реформы — повысить доступность и качество скорой медицинской помощи, а также расширить участие сотрудников службы скорой помощи в оказании помощи пациентам. В частности, одним из направлений реформы является расширение помощи фельдшерского персонала службы скорой помощи. На заседании указывалось, что часто в составе бригад скорой помощи оказывается всего один медик — фельдшер, который не имеет права проводить ряд медицинских манипуляций, необходимых для сохранения жизни пациента. В государственных службах скорой помощи существует кадровый дефицит, который компенсируется «высоким коэффициентом совместимости», т.е. медицинские работники работают на 1,75 — 2 ставки, врачей не хватает до 49%, фельдшеров до 21%, санитаров до 61%, водителей до 16%.

В последние десятилетия в России происходят изменения во всех областях жизни и деятельности, причем экономическая нестабильность, экономический кризис оказывают значительное негативное воздействие на поведение и здоровье людей. Особые нагрузки в связи с данными обстоятельствами приходятся на службу скорой медицинской помощи (СМП). Эта служба относится к особому виду медицинской деятельности, осуществляемой в достаточно специфических условиях. В настоящее время возрастает количество различных внештатных и экстремальных ситуаций, которые требуют незамедлительных и четко скоординированных решений сотрудников СМП.

Cитуации, в которой работают сотрудники СМП, обладают высокой степенью стрессогенности, поэтому для них так важно иметь развитые умения быстро и четко принимать решения, а также умения спрогнозировать, предвосхитить последствия принятого решения. Малейший сбой в работе механизма процесса принятия решений в деятельности работников СМП может повлечь непредвиденные последствия, способные препятствовать оказанию полного объема помощи больным и пострадавшим. В связи с этим при обучении фельдшеров следует уделить особое внимание обучению принятию решения в экстремальной ситуации.  На процесс принятия решений в профессиональной деятельности работников СМП оказывают влияние условий деятельности. Эти условия являются близкими к экстремальным, а также обладает высокой степенью влияния на психику и действия персонала СМП.

Особенности деятельности требуют от персонала СМП высокой ответственности и наличия развитых профессиональных навыков. Сотрудникам скорой помощи приходится работать в условиях жесткого дефицита времени с максимальной психической нагрузкой, в режиме готовности к немедленным и организованным действиям в исключительно быстром темпе.

Работа врачей и фельдшеров ССМП содержит ряд факторов внешней среды, определяющих экстремальность деятельности человека (Лебедев, 1989). Это монотонность, как постоянная и непрерывная психическая напряженность работников, сводящейся к непрерывной готовности выезда на место происшествия. Это рассогласование ритма сна и бодрствовании во время дежурств. В организме происходит рассогласование эндогенных и экзогенных ритмов, что ведет к астенизации нервной системы и развитию неврозов. Данное нарушение ритма труда и отдыха, бодрствования и сна может приводить и к ряду соматических заболеваний, преимущественно сосудистых заболеваний, таких как расстройства сердечно — сосудистой системы (гипертоническая болезнь, ИБС), ОНМК, расстройства желудочно-кишечного тракта (хронический гастрит) и др.


Сотрудники ССМП работают в условиях лимита и дефицита времени. В экстремальной ситуации время подчас оказывает решающее значение на ее исход. При работе в условиях лимита и дефицита времени мобилизуются внутренние резервы человека, приводится в действие ряд механизмов, призванных обеспечить преодоление возникающих трудностей и происходит перестройка способа деятельности. Однако, перенапряжение нервной системы может привести к «срывам», помощи больным и пострадавшим, но и усугубление состояния здоровья самого работника СМП.

В службах экстренной помощи возможен элемент групповой изоляции, так как деятельность этих работников происходит в малочисленных бригадах. Подбор членов бригад не носит психологического характера, и порой рядом оказываются психологически несовместимые люди. Поэтому высока вероятность возникновения разногласий между членами бригад, что может выступать как один из психогенных факторов экстремальных условий.

В отличие от многих других профессий, деятельность работников ССПМ экстренных служб протекает в условиях достаточно высокой угрозы для жизни, степени риска погибнуть в результате аварий и несчастных случаев.

В настоящее время существует ряд работ, в которых исследуются проблемы профессионального выгорания у врачей выездных бригад скорой медицинской помощи (С.Н. Хунафин, П.И. Миронов, М. М. Зиганшин, Н.Д. Баксакова (2006), Л.Н. Юрьева (2003), М.Д. Петраш, А.А. Бойков, П.Н. Федоров (2003) и др.). С.Н. Хунафин с соавторами отмечает, что «последствия выгорания медицинского персонала СМП могут повлиять как на саму личность, так и на профессиональную деятельность: ухудшается качество выполнения работы, утрачивается творческий подход к решению задач, возрастает количество профессиональных ошибок, увеличивается число конфликтов на работе и дома, что нередко приводит к переходу на другую работу или смене профессии».


Перечисленные факторы действуют, как правило, не изолированно, а в совокупности. Этот вывод позволяет в свою очередь заключить, что условия профессиональной деятельности, условия, в которых работники СМП принимают решения, являются экстремальными.

Принимая решения в различных ситуациях в условиях дефицита времени, а иногда в условиях угрозы для жизни, работник СМП испытывает:

— состояние непрерывной психической напряженности, ведущей к лабильности психики, неврозам, различного вида психогениям;

— нарушение ритма труда и отдыха, сна и бодрствования часто являющиеся причиной многих соматических заболеваний;

— осознание условий лимита времени и как следствие либо мобилизация внутренних резервов, либо невротические «срывы»;

— эффект групповой изоляции который ведет к проблемам в межличностных взаимодействиях коллектива;

— чувство опасности, мобилизующее резервы психики либо вызывающее замешательство, панику, дезорганизацию действий.

Принятие решений является важной частью любой профессиональной деятельности. Образно говоря, принятие решений можно назвать «центром», вокруг которого вращается деятельность специалистов разного вида и уровней. Однако для врачей СМП процесс принятия решений является наиважнейшем звеном в их сложной деятельности.

Процесс принятия решения работниками СМП имеет ряд особенностей:

  • ограниченный объем информации ограничивает рациональность решения;
  • возрастает роль клинической интуиции, опирающейся на опыт сотрудника;
  • велика ответственность врача, единолично принимающего решения в условиях дефицита времени;
  • предварительные установки по различным альтернативам решения влияют на выбор решения;
  • нет стремления к оптимальному решению, если есть удовлетворяющее;
  • чем сложнее решение, тем более индивидуален процесс его принятия
  • психофизическое состояние принимающих решение людей различным образом влияет на когнитивные процессы и на процесс принятия решений в целом, оказывая, таким образом, воздействие на их качество.

Медицина представляет собой слабо структурированную область знания, что создает серьезные трудности при построении систем процесса принятия решений. В то же время, в практической деятельности врач выстраивает последовательность умозаключений, опирающихся на представлениях о связи наблюдаемых у больного признаков с определенным диагнозом (Б.А. Кобринский, 2001).

В одних случаях, характеризующихся классическими проявлениями болезни, гипотеза или даже окончательное решение возникает уже в процессе осмотра, в других — только после обследования. Следует отметить, что последовательность диагностических исследований может подвергаться коррекции, а иногда и коренной трансформации, в зависимости от получаемых в процессе обследования результатов. Быстрота принятия решения зависит как от квалификации и диагностического «чутья» врача, так и от особенностей проявления заболевания у конкретного больного. При создании экспертной системы следует учитывать, что у врачей существуют индивидуальные неявные предпочтения к порядку обследования больного и роли выявляемых симптомов, т.е. различная степень внимания к фактам, а иногда и пренебрежения некоторыми из них ввиду предполагаемой незначительности, иногда ошибочной, для рассматриваемой гипотезы.

В процессе дифференциальной диагностики осуществляется, прямо или косвенно, учет как непосредственных, так и опосредованных отношений между признаками и болезнями (нозологическими формами). Чем выше квалификация врача, тем более глубинные отношения, обусловленные механизмом патологического процесса, он способен рассматривать. В большинстве случаев осуществляется анализ по типу причинно-следственных зависимостей между группой признаков и наиболее вероятным с точки зрения врача диагнозом, который определяется рядом факторов — частотой встречаемости данной патологии, прочитанной в последнее время статьей, запомнившимся случаем. Из этого видно, что выбор анализируемых признаков носит относительно субъективный или условно-объективный характер, так как отбираются хотя и безусловно существенные в диагностическом плане признаки, но те, которые представляются целесообразными конкретному врачу. Естественно, что при этом значительное место имеет квалификация врача (как сумма знаний) и его практический опыт (как «архив» случаев личного наблюдения — прецедентов).

Диагностика или выбор терапевтической стратегии по аналогии (по прецеденту) предполагает учет врачом совокупности факторов, которые ему трудно выстроить в виде логической последовательности, но он «схватывает» их как целое (мысленный образ) при воспоминании об аналогичном случае.   В этом одна из сильных сторон высококвалифицированного (опытного) врача-эксперта. Диагностический процесс у врача высокой квалификации основывается на личностных представлениях, являющихся сплавом опыта (памяти о наблюдавшихся больных) и накопленных знаний, сочетающихся с преобразованными («пропущенными через себя») данными медицинской литературы. Этому соответствуют требования к решателям интеллектуальных партнерских систем, которые используют логики объективного и субъективного (экспертного) знания.

Как известно, при неполной, неточной и изменчивой информации рассуждения зачастую носят предположительный характер, что делает их на самом деле лишь правдоподобными по отношению к истинной картине мира.

В связи с этим, в отдельных трудных случаях особенно целесообразно построение именно расплывчатых гипотез, включающих группу заболеваний, с последующей аргументацией за и против каждого из них, что повысит шансы не пропустить истинное заболевание, т.е. обеспечит более высокую вероятность выбора правильного диагноза. Поэтому при принятии решений в профессиональной деятельности врача не всегда высока рациональность рассуждений.

Таким образом, талант диагноста предполагает умение быстро выделять ведущие симптомы и анализировать нечеткие представления. Использование в качестве средств формализации как логики объективного знания, так и логики субъективного знания (логики аргументации) может служить основой для отражения принципа рассуждений и доказательств врача.

Отличительными чертами принятия решений в профессиональной деятельности сотрудника скорой медицинской помощи являются следующие:

  • сознательная и целенаправленная деятельность, осуществляемая специалистом;
  • поведение, основанное на фактах и уровне профессиональной подготовки;
  • процесс взаимодействия сотрудников бригады СМП;
  • выбор альтернатив действий в зависимости от сложившейся обстановки.

Малейший сбой в работе механизма процесса принятия решений в деятельности работников СМП может повлечь непредвиденные последствия, способные препятствовать оказанию полного объема помощи пострадавшим в экстренной ситуации, и нередко может наносить ущерб их здоровью. Именно поэтому следует привлекать пристальное внимание процессу принятия решений как основе профессиональной деятельности работников СМП.

В 1954 году Пауль Мил опубликовал исследование, в котором сравнивались решения клиницистов и решения, продуцируемые статистическими моделями на основе информации, полученной из записей пациентов. В работе продемонстрировано, что суждения и прогнозы, продуцируемые статистическими моделями, превосходя по точности суждения и прогнозы, формулируемые врачами и клиническими психологами. Исследование П. Мила послужило толчком для более глубокого изучения того, какой из двух типов прогнозов — клинический прогноз, который формируется с помощью субъективных, неформальных методов, или формализованное предсказание, получаемое с помощью статистических процедур, — обладает более высокой точностью и надежностью. Проведенный В. Гроувом и его коллегами метаанализ 134 работ, посвященных сравнению статистических прогнозов и прогноза, формулируемых врачами и клиническими психологами, показал, что, в среднем, формализованные статистические предсказания оказались на 10% более точными, чем прогнозы людей. Однако в небольшом количестве исследования (8 из 134) предсказания врачей и клинических психологов превосходили по точности формализованные.

Прогноз врача или клинического психолога может включать в себя результат анализов диагностических процедур, опора на собственный осознаваемый и неосознаваемый опыт, коммуникативную компетентность врача и пр.

Работа П. Мила стимулировала не только изучение профессиональных клинических решений и прогнозов, но и исследование принятия решений и прогнозирования непрофессионалами. Как и в области профессиональных решений, исследователи были заинтересованы в сравнении прогнозов, продуцируемых формализованными нормативными моделями (модели, в которых предписывается, каким должно быть рациональное поведение человека в идеале), с эмпирическими предвосхищениями людей, в порождении которых, как предполагается, участвуют интуитивные/антиципационные процессы. В психологии принятия решений и социальной психологии было проведено большое количество исследований, посвященных демонстрации ошибочности человеческих решений и прогнозов, которые производятся быстро, «налету», без применения формальных стратегий анализа ситуаций и формализованных статистических методов прогнозирования.  В рассматриваемом подходе к исследованию прогнозов и решений, формируемых непрофессионалами, крупными представителями которого являются А. Тверски и Д. Канеман, предполагается, что ловушки в мышлении (или факторы, искажающие процесс принятия решений) и эвристики — это те универсальные когнитивные механизмы, которые позволяют объяснить наблюдаемые ошибки в прогнозах и решениях людей. Эвристики, применяемые людьми, и ловушки в мышлении, в которые они попадают, зачастую противоречат статистическим законам вероятности, что приводит к формированию неадекватных прогнозов.

В тех исследованиях, в которых непосредственно сравнивались интуитивные и статистический прогнозы, было показано, что интуитивный прогноз осуществляется на основе эвристики репрезентативности. При использовании эвристики репрезентативности человек судит о вероятности событий на основе того, насколько событие соответствует определенному прототипу. Люди, применяя данную эвристику, отклоняются от логики статистического прогнозирования, поскольку предсказывают, что осуществляется событие, которое им представляется как наиболее соответствующее, сходное с имеющимися доказательствами, независимо от надежности доказательств и вероятности осуществления события, которая известна из прошлого опыта.

Клиническая интуиция — комплексное чувство, которое совершенствуется в течение многих лет практики, в результате выслушивания рассказов тысячи пациентов, осмотра тысячи людей, а также при анализе собственных ошибок. Разные врачи достигаю компетентности сходными путями, хотя и работают в разных областях. Первоначально они признают и запоминают свои ошибки и неверные суждения, а затем объединяют эти воспоминания. Компетентность достигается не только ценой непрерывной практики, но и благодаря умению устанавливать обратную связь, помогающую осознать технические ошибки и ошибочные решения. Интеллект и интуиция, повышенное внимание к деталям, активное слушание и психологическое проникновение — беспроигрышное сочетание.

Согласно исследованиям Кляйна, медсестры — эксперты (в отличие от медсестер с меньшим количеством опыта) были способны предсказать у больного нарушения в функционировании сердца, опираясь на интуитивное распознавание трудноуловимых признаков сердечной недостаточности (Klein, 1998). В другом исследовании опытные медсестры были способны интуитивно спрогнозировать развитие у больного сепсиса, даже до того, как лабораторные тесты могли обнаружить признаки этой инфекции (Klein, 1997).  Именно основанность экспертных интуитивных прогнозов на опыте, согласно Кляйну, обеспечивает их эффективность. В концепции Кляйна интуитивные процессы, опосредствующие принятия решений и прогнозирование профессионалами, основаны на быстром распознавании расхождений между особенностями наличной ситуации и ожиданиями, основанными на прошлом опыте.

Ч. Эберенти и Р. Хэмм защищают использование интуиции хирургами — экспертами, подчеркивая, что прогноз, опосредствованный интуитивными процессами, способствует принятия решения, учитывающего уникальную ситуацию конкретного пациента (Abernathy, Hamm, 1995). Например, хирург — эксперт предвосхищает, какое воздействие окажет на пациента, больного раком, та или иная процедура, опираясь на прошлый опыт и в тоже время принимая во внимание целостную ситуацию. С одной стороны, происходит выявление общих признаков, наблюдаемых у данного пациента и у других больных, а с другой — выявление признаков, по которым данный пациент отличается от остальных больных раком (Abernathy, Hamm, 1995). В соответствии с моделью, предлагаемой авторами, легкость и быстрота формирования прогнозов, опосредствованных интуитивными процессами, является результатом особой организации знания экспертов — хирургов в виде скриптов знакомых случаев (структура, включающая в себя репрезентацию различных направлений течения болезни, возможные методы лечении и их наиболее вероятные результаты), в то время как новичкам не характерна подобная организация знания.

Исследования показывают, что большинство докторов быстро формируют два — три возможных диагноза на основе первой встречи с пациентом, небольшое количество талантливых врачей может раздумывать над четырьмя — пятью диагнозами. Все гипотезы развиваются на основе весьма скудной информации. Для этого врачи используют методы, требующие наименьших затрат времени и сил, называемых эвристическими.

В ходе медицинской подготовки и в исследованиях по принятию решений уделяется слишком мало внимания влиянию эмоций врача на его мышление. Большинство людей предполагают, что принятие решений в медицине — это объективный и рациональный процесс, свободный от эмоций. На самом деле все ровно наоборот, считает Кроскери П..  Внутреннее состояние терапевта оказывает большое влияние на его суждение и действия. Ошибка репрезентативности наблюдается в том случае, если мышление руководствуется стереотипом, поэтому часто врач не рассматривает возможности, не укладывающиеся в него.

Д. Канеман и А. Тверски определили, о каком — то событии судят безапелляционно в том случае, если на ум приходят соответствующие примеры. Определенные модели мышления становятся причиной иррациональных решений. «Укороченное» мышление, при котором человек не рассматривает различные возможности, но быстро и непоколебимо хватается за единственную версию, будучи уверен, что он на правильном пути. Человек пребывает в полнейшей уверенности, что ошибки здесь быть не может, но уже попал в ловушку необъективного утверждения: он видит только те ориентиры, которые хочет видеть и игнорирует те, которые, по сути, должны указывать на  верное решение. Неправильный ход мыслей подтверждает ошибочное допущение. Эмоциональная ошибка имеет сходство с необъективностью утверждения в избирательном восприятии объективных данных. Первый вариант продиктован желанием получить точный результат, а последний — ожиданием того, что первоначальный диагноз был правильным, даже если пациенту не стало лучше.

Врачу необходим проницательный и «многоуровневый» ум. Необходимо очень быстро обрабатывать то, что он видит, и действовать на основе этой информации в течение доли секунды. «Физический гений» — дар, который проявляется у знаменитых бейсболистов, обладающих способностью предчувствовать, куда полетит отбитый мяч.  То же и у кардиохирурга во время установления сердечного катетера. Зрительно — пространственная способность может быть усилена благодаря обширной практике и регулярной проработкой успехов и ошибок.

Иначе «чем больше опыт, чем больше врач работает, тем сильнее искушение опираться только на первично возникший целостный образ — представление о патологии». Автор данной цитаты, М. Потчен определил, что больше всего на клиническое суждение влиял «прошлый отрицательный опыт». Вывод М. Потчена отражает «ошибку наличия», которую ранее рассмотрели Кроскери и Редельмайер: то, о чем человек чаще думает, значительно изменяет ход его мышления при оценке нового случая, обладающими некоторыми сходными признаками, и в итоге может привести к игнорированию важных отличий и постановке неверного диагноза. Врачу необходимо найти «золотую середину», осознавать свои заблуждения и допускать, что некоторые модели могут не соответствовать стереотипу.

С целью изучения особенностей принятия решений у работников скорой медицинской помощи было проведено следующее исследование среди сотрудников медицинских учреждений г. Казани. Экспериментальной базой исследования выступали Станция Скорой Медицинской Помощи (ССМП). Основанием для выбора экспериментальной базы были следующие положения. Поскольку на ССМП  работают врачи, фельдшера, непосредственно осуществляющие функции оказания медицинской помощи, они постоянно  самостоятельно принимают важные решения. В качестве контрольной группы были отобраны лица, также принимающие решения в сфере медицины, однако работающие не в экстремальных условиях. Контрольную выборку составили медицинские работники со средним специальным образованием и стажем работы не менее 3 лет. Различия по полу в рамках данного исследования в расчёт не принимались.

В экспериментальной группе принимали участие 30 врачей ССМП (18 мужчин и 12 женщин).  Возраст варьировал от  26 до 40 лет. В качестве контрольной группы выступали 30 студентов очного отделения факультета МВСО КГМУ (женщины от 24 до30 лет).

Для исследования использовался опросник «Личностные факторы принятия решений» Т. В. Корниловой, позволяющий определить рациональность субъекта и готовность к риску как психологических переменных, влияющих на принятие решений в широком контексте жизненных ситуаций.

При всем своеобразии комплексов профессионально важных качеств в различных видах профессиональной деятельности можно назвать ряд личностных качеств, выступающих как профессионально важные практически для любого вида профессиональной деятельности. Это прежде всего ответственность, самоконтроль, профессиональная самооценка, являющаяся важным компонентом профессионального самосознания, и несколько более специфические эмоциональная устойчивость, тревожность, отношение к риску.

Для медицинских работников, характерны специфические личностные качества. Анализ научной литературы позволил выделить следующие профессионально значимые для врачей, фельдшеров, медицинских сестер качества личности: профессиональная компетентность, гуманизм, эмпатичность, доброжелательность и внимание к людям, контактность, бесконфликтность, сила воли, такт, оптимизм, умение психологического воздействия, ответственность, наблюдательность.

Работники СМП кроме выделенных качеств, должны обладать рационализмом мышления и готовностью к риску.  Это связано, прежде всего, с тем, что они, в отличие от медицинских работников поликлиник и стационаров, вынуждены зачастую принимать решения, от которых зависит жизнь человека. Время на принятие решения ограничено, необходимо выбрать из имеющихся вариантов решения наиболее оптимальные.

Готовность к риску в данном случае понимается как готовность к актуализации своего интеллектуального и личностного потенциала при принятии решений в экстремальных условиях и отражает связь личностной обусловленности принятия решений с другими шкалами личностной регуляции, в том числе, с рациональностью.

Рациональность понимается как готовность обдумывать свои решения и действовать при возможно полной ориентировке в ситуации и может характеризовать разные, в том числе и рискованные решения субъекта. При этом важно учитывать, что готовность к риску означает не отказ от развёртывания мыслительной ориентировки в ситуации, а готовность к самоконтролю действий при заведомой неполноте или недоступности необходимых ориентиров, а также готовность полагаться на свой потенциал.

При анализе результатов полученных данных оказалось, что рациональность и готовность к риску в обеих нормах находится в диапазоне нормы. При этом  рациональность (готовность обдумывать свои решения и действовать при возможно более полной ориентировке в ситуации) у работников СМП оказалась ниже, чем у представителей контрольной группы.

Готовность к риску сотрудников СМП имеет более низкие значения по сравнению с контрольной группой и с  показателями нормы (различия достоверны, t = 2,1, при р < 0,001). Склонность к риску не всегда приветствуется в данной профессиональной деятельности. Но работа, включающая принятие ответственных решений, тоже во многом регулируется «отношением к риску». В различных экспериментальных исследованиях показана связь отношения к риску с успешностью профессиональной деятельности. Во всех случаях неблагоприятными являются крайние значения выраженности этого свойства. Высокие оценки приводят к тому, что деятельность профессионала детерминируется потребностями аффективного плана; типична недооценка требований ситуации и переоценка собственных возможностей. Низкие оценки связаны с боязнью принятия решений, медлительностью и пассивностью. В обоих случаях результатом является снижение общей эффективности.

Процесс принятия решений в профессиональной деятельности работника СМП рассматривается как рациональный процесс, как серия определенных стадий и этапов. Вместе с тем медицина представляет собой слабо структурированную область знания, что создает серьезные трудности при построении  процесса принятия решений.

В своей работе сотрудник СМП основывается на личностных представлениях, являющихся сплавом опыта (памяти о наблюдавшихся больных) и накопленных знаний, сочетающихся с преобразованными («пропущенными через себя») данными медицинской литературы. Сотрудники СМП используют логику/рациональность объективного и субъективного/экспертного знания.

Таким образом, на основании данного исследования мы можем дать следующие практические рекомендации:

1. Необходимо включать в программу обучения медицинских работников навыки принятия решения. Особенно это необходимо сотрудникам СМП, которые принимают решения в экстремальных условиях профессиональной деятельности.

2. В процессе осуществления профессионального отбора работников СМП возможно использование психологического анализа особенностей принятия решения.

3. В целях повышения эффективности деятельности работников СМП выводы по проведённому исследованию могут быть использованы руководителями служб СМП.

Т.А. Голикова  на заседании коллегии ведомства сказала: «Мы начали разрабатывать программу кадровой политики в системе скорой помощи и систему мероприятий, способствующих повышению эффективности и качества деятельности скорой, а также оптимизации затрат на ее содержание». Таким образом,  материалы данной работы и исследования могут служить источником информации в качестве базового материала для дальнейших исследований в этой области и использоваться психологами, работающими в службах экстренного вызова.

Т.В. Рябова, к.п.н, доцент кафедры медицинской и общей психологии КГМУ

Г.Н. Пелевин, врач — психиатр высшей квалификационной категории специализированного отдела ССМП г. Казани.