Патогенетическое значение оксида азота и процессов перекисного окисления липидов при естественном течении HCV-инфекции и на фоне озонотерапии


Н.В. ГАЛЕЕВА, В.Х. ФАЗЫЛОВ, И.Х. ВАЛЕЕВА

Казанский государственный медицинский университет, 420012, г. Казань, ул. Бутлерова, д. 49

Галеева Нелли Васильевна — ассистент кафедры инфекционных болезней, тел. +7-919-640-16-62, e-mail: Nelli_04@mail.ru

Фазылов Вильдан Хайруллаевич — доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой инфекционных болезней, тел. +7-917-254-89-97, e-mail: vildan47@rambler.ru

Валеева Ильдария Хайрулловна — доктор биологических наук, старший научный сотрудник Центральной научно-исследовательской лаборатории, тел. +7-917-232-28-42, e-mail: valeeva.ildaria@yandex.ru


В статье представлены результаты исследования уровня оксида азота и продуктов перекисного окисления липидов (ПОЛ) в сыворотки крови у 125 больных хронической HCV-инфекцией. Проведен анализ уровня оксида азота и процессов ПОЛ при естественном течении HCV-инфекции в зависимости от вирусной нагрузки и активности инфекционного процесса. Показана динамика значений оксида азота и продуктов ПОЛ на фоне применения озонотерапии.

Ключевые слова: хроническая HCV-инфекция, оксид азота (NO), озонотерапия, ПОЛ.

 

N.V. GALEYEVA, V.Kh. FAZYLOV, I.Kh. VALEYEVA


Kazan State Medical University, 49 Butlerov St., Kazan, Russian Federation, 420012

Patogenetic influence of nitric oxide and lipid peroxidation processes during natural HCV-infection and ozone therapy

Galeyeva N.V. — Assistant Lecturer of the Department of Infectious Diseases, tel. +7-919-640-16-62, e-mail: Nelli_04@mail.ru

Fazylov V.Kh. — D. Med. Sc., Professor, Head of the Department of Infectious Diseases, tel. +7-917-254-89-97, e-mail: vildan47@rambler.ru

Valeyeva I.Kh. — D. Biol. Sc., Seniour Researcher of Central Scientific Research Laboratory, tel. +7-917-232-28-42, e-mail: valeeva.ildaria@yandex.ru

The article presents the results of investigation of nitric oxide and lipid peroxidation (LP) products in blood serum in 125 patients with chronic HCV-infection. The nitric oxide level and LP processes are studied during natural HCV-infection process, depending on viral loading and infection process activity. The dynamics of nitric oxide and lipid peroxidation products is shown during ozone therapy.

Key words: chronic HCV-infection, nitric oxide (NO), ozone therapy, lipid peroxidation.

 

Вирусные гепатиты по широте распространения, уровню заболеваемости, тяжести течения и частоте развития хронических форм занимают одно из ведущих мест в инфекционной патологии. В связи с этим остаются актуальными исследования различных аспектов патогенеза развития патологического процесса при хронических вирусных гепатитах. В основе прогрессирования хронических диффузных заболеваний печени, независимо от этиологического фактора, приводящего к ее повреждению, лежит выделение из разрушенных гепатоцитов биологически активных веществ, активирующих макрофаги печени, а также эндотелий синусоидов, что, в свою очередь, сопровождается гиперпродукцией провоспалительных цитокинов и биологически активных веществ. Одним из ранних провоспалительных медиаторов, запускающих целый ряд патологических процессов, является оксид азота (NO) [1-3].

Доказав регуляторную функцию NO в изменении метаболизма в гепатоцитах, сделано предположение о влиянии нитроксидергии на жизнеспособность печеночных клеток при заболеваниях данного органа [4, 5]. Важная роль мембран состоит в участии в процессах перекисного окисления липидов. Являясь неотъемлемой частью гомеостаза, перекиси липидов, накапливаясь в результате активации свободнорадикального окисления, существенно изменяют функциональные свойства клеточных мембран и являются одной из наиболее распространенных причин мембранодеструкции, в том числе при заболеваниях печени [6, 7].

Таким образом, выяснение функциональной роли молекулы NO и процессов ПОЛ в жизнедеятельности гепатоцитов и других клеток печени представляется особенно актуальным ввиду того, что индукция NO в печени является многоступенчатым процессом со сложным уровнем регуляции, механизмы которого окончательно не изучены, а процессы ПОЛ лежат в основе патогенеза хронических вирусных гепатитов. Перспективным направлением коррекции вышеуказанных процессов является использование озона, патогенетический эффект которого определяется высоким окислительно-востановительным потенциалом [8, 9, 10].

Цель исследования — изучение уровня стабильных метаболитов синтеза NO — нитритов в сыворотке крови больных хронической HCV-инфекцией во взаимосвязи с процессами перекисного окисления липидов и влиянием на эти процессы внутривенной озонотерапии.

Материалы и методы

Под наблюдением находились 125 больных хронической HCV-инфекцией (60 мужчин и 65 женщин) в возрасте от 23 до 65 лет (средний возраст 40,38±1,71 лет).

Клинический диагноз устанавливался на основании комплексной оценки, включающей изучение анамнеза, клинической картины, определения биохимических параметров, ультразвуковой характеристики патологических нарушений, а также иммуноферментного метода верификации — анти-HCV core Ig М, G, анти-НСV NS 3, 4, 5 Ig М, G; молекулярно билологического метода-ПЦР с определением РНК НСV (с генотипированием), который оценивался как <400000 МЕ/мл> (низкая степень вирусемии), <600000МЕ/мл> (умеренная степень вирусемии) и <800000 МЕ/мл> (высокая степень вирусемии).

Об уровне NO судили по содержанию ближайшего метаболита — нитрита в сыворотке крови по методу Голиковой П.П [11, 12] с использованием реактива Грисса [13], после восстановления нитрата в нитриты губчатым кадмием спектрофотометрически при длине волны 540 нм.

Критерием оценки процессов ПОЛ послужило накопление его начальных и конечных продуктов в сыворотке крови — гидроперекисей и малонового диальдегида, которые определяли по методике В.Б. Гаврилова и соавт. [14]. Функциональное состояние ферментов антиоксидантной защиты оценивали по активности каталазы по методу М.А. Королюка и соавт. [15] и церулоплазмина по Э.В. Тену в плазме крови [16].

При проведении озонотерапии использовали аппарат «Озон-М-50», способный создавать концентрацию озона на выходе 50 мg/л. В качестве инфузионной среды был выбран изотонический раствор хлорида натрия 200 мл в стандартном флаконе, через который в течении 20 минут пропускалась озонокислородная смесь, после чего раствор вводился внутривенно капельно со скоростью 6-10 мл/мин. в течении 20 минут ежедневно курсом 6 процедур.

Группу здоровых доноров составили 50 человек (31 женщина и 19 мужчин) в возрасте от 20 до 45 лет (средний возраст 29±1,50 лет).

Результаты и обсуждение

Активные формы кислорода и продукты ПОЛ выполняют роль факторов, которые индуцируют избыточную продукцию и высвобождение из клеток-продуцентов провоспалительных цитокинов (ИЛ-1, ИЛ-6, ФНО-а) и других медиаторов воспаления (гистамин, брадикинин, серотонин, производные арахидоновой кислоты- лейкотриены, простогландины, тромбоксаны), которые в свою очередь стимулируют выработку оксид азота [7, 17].Нами, как и рядом других авторов [7, 18], была прослежена тесная связь между синтезом NO и процессами ПОЛ.

Для оценки зависимости NO и процессов ПОЛ от активности инфекционного процесса по значениям АЛТ взяты 2 группы пациентов с высокими значениями АЛТ в диапазоне 826-110 ЕД/л (среднее значение 203,23±18,27 ЕД/л) и низкими значениями АЛТ в диапозоне 29-95,5 ЕД/л (среднее значение 60,64±2,54 ЕД/л).

Несмотря на значительную достоверную разницу в значениях АЛТ в исследуемых группах (p<0,001), уровень NO достоверно не отличался. У пациентов с высокой активностью АЛТ показатель NO составил 21,64±1,52 МкМ/л, с низкой 19,65±1,04 МкМ/л. Тем не менее исключить зависимость нитроксидергии от активности АЛТ нельзя, так как значения NO в нашем случае были достоверно выше показателей здоровых лиц (16,13±0,90 МкМ/л, n=50) в обеих исследуемых группах (табл. 1), т.е. синдром цитолиза, говорящий о воспалительном процессе, может провоцировать и высокие показали NO. Гиперпродукция NO в свою очередь приводит к вазодилатации, усилению сосудистой проницаемости, формированию отека и прогрессированию воспалительного процесса.

Как полагают, основу синдрома цитолиза составляет и интенсивность процессов ПОЛ биомембран гепатоцитов с нарушением или недостаточностью механизмов антиокислительной защиты [7]. В интервале АЛТ (среднее значение 60,64±2,54 ЕД/л) отмечено достоверное увеличение по сравнению с нормальным его уровнем только активности церулоплазмина на 19,7% (p<0,01) и уровня гидроперекиси на 50,1% (p<0,05). Изменения же активности каталазы — уменьшение ее на 5,7% и рост МДА на 23,1% были достоверно неразличимы.

В границах АЛТ (среднее значение 203,23±18,27 ЕД/л) уже все показатели ПОЛ и АОС достоверно отличались от значения нормального уровня: повышение МДА — на 62,1% (p<0,05), гидроперекиси — на 46,1% (p<0,01), церулоплазмина — на 9,4% (p<0,05), снижение активности каталазы — на 23,3% (p<0,001).

Сравнивая полученные показатели состояния ПОЛ-АОС с данными здоровых лиц, мы отметили, что в низких границах АЛТ достоверную разницу имели только значения повышенной активности церулоплазмина — на 18,0% (p<0,01) и уровня гидроперекисей — на 3,8% (p<0,05). При высоких показателях АЛТ эта разница составила: показатели повышенного уровня МДА — на 58,0% (p<0,05), гидроперекисей — на 40,0% (p<0,01), церулоплазмина — на 17,8% (p<0,05), сниженной активности каталазы — на 18,9% (p<0,001) (табл. 1).

Таблица 1.

Показатели ПОЛ –АОС и NO больных хронической HCV-инфекцией в зависимости от разной степени выраженности активности АЛТ (М+m)

АЛТ

(здоровые)

(24,71±1,23 ЕД/л)

 

  • Больные

хронической HCV инфекцией с нормальными значениями АЛТ

АЛТ в

диапазоне

29-95,5 ЕД/л

(60,64± ,54 ЕД/л).

 

АЛТ в диапазоне

826-110 ЕД/л

(203,23±18,27 ЕД/л)

 

  • Р
МДА,

(2,0+0,06)

мкМ/л

1,95+0,18

(n=30)

2,40+0,26

(n=22)

3,16+0,41*

(n=21)

 

P1-3<0,05

Гидроперекиси,

(5,3+0,28)

отн. ед/мл

5,08+0,46

(n=28)

 

7,62+0,62**

(n=20)

 

7,42+0,57**

(n=21)

 

P1-2<0,05

P1-3<0,05

Каталаза,

(1044,3+18,5х 103 )

мккат/л

 

1103,6+18,0

(n=30)

1041,1+41,9

(n=22)

846,7+38,7***

(n=21)

 

 

P1-3<0,001

P2-3<0,01

Церулоплазмин,

(56,2+1,17) мг%

55,4+2,01

(n=30)

 

66,3+2,44**

(n=23)

 

60,6+1,58*

(n=21)

 

P1-2<0,01

P1-3<0,05

P2-3>0,05

NO

(16,13±0,90 МкМ/л)

 

17,65±1,04

(n=23)

 

19,65±1,04*

(n=23)

 

21,64±1,52**

(n=20)

P1-3<0,05

 

Примечание: * — (p<0,05), ** — (p<0,01), *** — (p<0,001) — показатели достоверности (р) по отношению к группе здоровых лиц

 

При исследовании роли NO и ПОЛ в патогенезе HCV-инфекции также замечено, что уровень нитрооксидемии у данных больных был сопряжен с величиной репликативного потенциала. Так, в диапазоне вирусной нагрузки <800000 ME/мл> уровень NO составил 25,90±1,65 МкМ/л, n=40; в интервале <600000 ME/мл> — 21,70±1,38 МкМ/л, n=20; и <400000 ME/мл> — 19,59±1,14 МкМ/л, n=46 с достоверной разницей (p<0,05) между показателями в интервалах <800000 ME/мл> и <600000 ME/мл>, а также (p<0,01) <800000 ME/мл> и <400000 ME/мл>. Подобное наблюдение было у Л.И. Ратникова и др.2002 [18]. Соответственно в этих группах наблюдались изменения и в показателях ПОЛ (табл. 2). С увеличением вирусной нагрузки увеличивались продукты ПОЛ и угнеталась АОС на примере каталазы.

Таблица 2.

Показатели ПОЛ –АОС и NO больных хронической HCV-инфекцией в зависимости от вирусной нагрузки

Показатели 

<800000 ME/мл>

 

<600000 ME/мл>

 

<400000 ME/мл>

  • Р
МДА,

(2,0+0,06)

мкМ/л

3,02+0,31*

(n=29)

2,51+0,26

(n=22)

2,31+0,26

(n=20)

 

P1-3<0,05

Гилроперекиси,

(5,3+0,28)

отн. ед/мл

7,51+0,55**

(n=23)

 

7,01+0,52**

(n=20)

 

6,72+0,32**

(n=21)

 

 

P1-3<0,05

Каталаза,

(1044,3+18,5

х 103 ) мккат/л

 

936,8+20,1**

(n=25)

 

956,7+19,2**

(n=22)

 

1103,4+19,3

(n=21)

 

 

P1-3<0,001

Церулоплазмин,

(56,2+1,17)

мг%

62,4+1,58*

(n=30)

 

60,2+1,32*

(n=23)

 

58,3+1,19

(n=21)

 

P1-3<0,05

P2-3>0,05

NO

(16,13±0,90)

МкМ/л

 

 

25,90±1,65***

(n=40)

 

21,70±1,38**

(n=20)

 

19,59±1,14

(n=46)

P1-3<0,01

Примечание: * — (p<0,05), ** — (p<0,01), *** — (p<0,001) — показатели достоверности (р) по отношению к группе здоровых лиц

 

Нельзя исключить, что повышение продуктов ПОЛ и уровня NO при разной вирусной нагрузке тесно связано с синдромом цитолиза, поскольку увеличение вирусной нагрузки часто сопряжено с усилением воспалительного процесса в печени [20].

Таким образом, существует целый каскад механизмов в патогенезе вирусного гепатита, в основе которых лежит цитолитический процесс клеток печени с последующим нарушением органного кровотока, развитием различных гипоксий и гипоксемий, повреждением клеточных мембран, активацией ПОЛ, снижением антиоксидантной активности крови, а также с изменением активности ферментов, регулирующих окислительно-восстановительные процессы. Молекулы NO реагируют со свободными радикалами, которые в избытке образуются при вирусном поражении печени, что сопровождается образованием большого количества пероксинитрита, высокотоксичного в отношении гепатоцитов [7, 19]. Эфективным средством для коррекции этих патологических процессов является озонотерапия, так как хорошо известны многочисленные клинические эффекты медицинского озона — бактерицидный, противовоспалительный, обезболивающий, дезинтоксикационный, гемостатический, активация кислородозависимых процессов, повышение общего иммунитета [8].

До применения озонотерапии исходные значения нитрита в сыворотке крови у исследуемых пациентов составили 20,05±1,10 МкМ/л с достоверная разницей (р<0,05) по сравнению с показателями здоровых лиц (16,13±0,90 МкМ/л). После курса озонотерапии отмечалось достоверное (р<0,01) снижение уровня NO на 21,8%. Показатели NO после озонотерапии достоверно не отличались от уровня здоровых значений (табл. 3).

При сравнение показателей ПОЛ и АОС у больных хронической HCV-инфекцией в процессе лечения медицинским озоном отмечалась разнонаправленность показателей активности каталазы и церулоплазмина: после курса лечения достоверно (p<0,05) повышалась активность каталазы на 7,2% и снижался уровень церулоплазмина на 20,3%, гидроперекисей — на 15,3%, МДА — на 8,2% по сравнению с исходными данными. После завершения озонотерапии все показатели достигли уровня здоровых лиц, кроме концентрации гидроперекисей, которая оставалась достоверно повышенной на 40,6% (табл. 3).

Таблица 3.

Влияние озонотерапии на уровень продуктов ПОЛ и ферментов АОС у больных хронической HCV-инфекцией в динамике заболевания (М+m)

ПоказателиЗдоровые лица

 

Исходное

значение

 

После курса

озонотерапии

 

 

  • Р
  • МДА,
мкМ/л2,0+0,06

(n=36)

2,32+0,13

(n=29)

2,13+0,18

(n=19)

Р1-2<0,05
Гидроперекиси,

отн. ед/мл

 

5,3+0,28

(n=34)

8,80+0,46

(n=29)

7,45+0,55

(n=19)

Р2-3<0,05

Р1-2<0,001

 

Р1-3<0,001

Каталаза,

Мккат/л х 103

1044,3+18,5

(n=24)

941,1+26,7

(n=32)

1008,9+21,5

(n=21)

Р2-3<0,05

Р1-2<0,01

 

Церулоплазмин,

мг%

56,2+1,17

(n=24)

69,5+1,09

(n=29)

55,4+1,58

(n=20)

Р2-3<0,05

Р1-2<0,001

NO

МкМ/л

 

16,13±0,90

(n=34)

 

20,05±1,10

(n=29)

15,67±1,17

(n=20)

Р1-3<0,05

Р2-3<0,01

 

Таким образом, синтез NO и процессы ПОЛ находятся в тесной связи. Для пациентов с хронической HCV-инфекцией характерны высокие значения NO и продуктов ПОЛ в сыворотке крови, причем уровень нитрооксидемии и процессов ПОЛ у них сопряжен с величиной репликативного потенциала и сывороточным уровнем АЛТ. Внутривенная озонотерапия оказала положительное влияние на выраженность нитроксидергии и процессы ПОЛ-АОС у больных с хронической HCV инфекцией.

 

 

ЛИТЕРАТУРА

1. Сайфутдинов Р.Г. Роль оксида азота при заболеваниях внутренних органов (обзор литературы) // Вестник современной клинической медицины. — 2009. — Т. 2, № 3. — С. 45-53.

2. Проскуряков С.Я., Бикетов С.И., Иванников А.И. Оксид азота в механизмах патогенеза внутриклеточных инфекций // Иммунология. — 2000. — № 4. — С. 9-20.

3. Lubrano V., Vassalle C., Blandizzi C. et al. The effect of lipoproteins on endotelial nitric oxside synthase is modulated bi lipoperoxides // Eur. Clin. Invest. — 2003. — Vol. 33. — P. 117-125.

4. Лебедев В.В., Бондаренко И.Н., Авдеева М.Г., Стриханов К.С., Шубич М.Г. Клиническое значение уровня оксида азота в дифференциальной диагностике острых, хронических вирусных и токсических поражений печени // Инфекционные болезни. — 2010. — Т. 8, № 1. — С. 19-24.

5. Виноградова Н.А. Монооксид азота и синтез альбуминов при вирусных гепатитах // Материалы VI Рос. Съезда врачей инфекц. — СПб, 2003. — С. 69-70.

6. Владимиров Ю.А. Арчаков А.И. Перекисное окисление липидов в биологических мембранах. — М.: Наука, 1972. — С. 252.

7. Скляр Л.Ф., Маркелова Е.В., Полушин О.Г., Токмалаев А.К., Попов А.Ф. Хроническая HCV-инфекция: современные иммуноморфологические аспекты. — М.: Издательство российского университета дружбы народов, 2006. — С. 214.

8. Змызгова А.В., Максимов В.А. Клинические аспекты озонотерапии. — М: Медицина, 2003 — С. 287.

9. Bocci V. Biological and clinical effects of ozone. Has ozone therapy a future in medicine? // British journal of Biomеdikal Science. — 1999. — Vol. 56, № 4. — С. 270-279.

10. Галеева Н.В. Озонотерапия при вирусных гепатитах А, В и С: автореферат. дис. … канд. мед. наук. 14.00.10 // Казанский. гос. мед. ун-т. — Казань, 2005. — С. 20.

11. Голиков П.П., Николаева Н.Ю., Гавриленко И.А. и др. Оксид азота и перекисное окисление липидов как факторы эндогенной интоксикации при неотложных состояниях // Патологическая физиология и экспериментальная терапия. — 2001. — № 2. — С. 6-9.

12. Голиков И.П. Оксид азота в клинике неотложных заболеваний. — М.: ИД Медпрактика, 2004.

13. Guevara I., Iwanejko J., Dembinska-Kiec A. et al. Determination of nitrite/nitrate in human biological material by the simple Griess reaction // Clin. Chim. Acta. — 1998. — Jun. 22. — 274 (2). — P. 177-188.

14. Гаврилов В.Б., Мишкорудная М.И. Спектрофотометрическое определение содержания гидроперекисей, липидов в плазме крови // Лабораторное дело. — 1983. — № 3. — С. 33-35.

15. Королюк М.А., Иванова Л.И., Майорова И.Г., Токарев В.Е. Метод определения активности каталазы // Лабораторное дело. — 1988. — № 1. — С. 16-19.

16. Тен Э.В. Экспресс- метод определения церулоплазмина в сыворотке крови // Лабораторное дело. — 1984. — № 6. — С. 334-335.

17. Chang K.M. Immunopathogenesis of hepatitis C virus infection. // Clin. Liver Dis. — 2003. — № 7. — C. 89-105.

18. Мартынова Т.В., Алексеева И.Н., Брызгина Т.М. и др. Влияние блокаторов NО-синтаз на иммунный ответ, монооксигеназную активность и перекисное окисление липидов в селезенке мышей // Медицинская иммунология. — 2003. — № 4. — C. 206.

19. Ратникова Л.И., Мельников И.В. Значение оксида азота в повреждении гепатоцитов при патологии печени // Эпидемиология и инфекционные болезни. — 2002. — № 6. — С. 50-54.

20. Еналеева Д.Ш., Фазылов В.Х., Созинов А.С. Хронические вирусные гепатиты В, С и Д. — М.: МЕД пресс-информ, 2011. — С. 463.

 

 

REFERENCES

1. Sayfutdinov R.G. Role of nitric oxide in internal diseases (literature review). Vestnik sovremennoy klinicheskoy meditsiny, 2009, vol. 2, no. 3, pp. 45-53 (in Russ.).

2. Proskuryakov S.Ya., Biketov S.I., Ivannikov A.I. Nitric oxide in the mechanisms of the pathogenesis of intracellular infections. Immunologiya, 2000, no. 4, pp. 9-20 (in Russ.).

3. Lubrano V., Vassalle C., Blandizzi C. et al. The effect of lipoproteins on endotelial nitric oxside synthase is modulated bi lipoperoxides. Eur. Clin. Invest., 2003, vol. 33, pp. 117-125.

4. Lebedev V.V., Bondarenko I.N., Avdeeva M.G., Strikhanov K.S., Shubich M.G. The clinical significance of the level of nitric oxide in the differential diagnosis of acute and chronic viral and toxic liver damage. Infektsionnye bolezni, 2010, vol. 8, no. 1, pp. 19-24 (in Russ.).

5. Vinogradova N.A. Monooksid azota i sintez al’buminov pri virusnykh gepatitakh [Nitrogen monoxide and synthesis of albumin in viral hepatitis]. Materialy VI Ros. S»ezda vrachey infekts. Saint Petersburg, 2003. Pp. 69-70.

6. Vladimirov Yu.A. Archakov A.I. Perekisnoe okislenie lipidov v biologicheskikh membranakh [Lipid peroxidation in biological membranes]. Moscow: Nauka, 1972. P. 252.

7. Sklyar L.F., Markelova E.V., Polushin O.G., Tokmalaev A.K., Popov A.F. Khronicheskaya HCV-infektsiya: sovremennye immunomorfologicheskie aspekty [Chronic HCV-infection: immunomorfologicheskie modern aspects]. Moscow: Izdatel’stvo rossiyskogo universiteta druzhby narodov, 2006. P. 214.

8. Zmyzgova A.V., Maksimov V.A. Klinicheskie aspekty ozonoterapii [Clinical aspects of ozone therapy]. Moscow: Meditsina, 2003. P. 287.

9. Bocci V. Biological and clinical effects of ozone. Has ozone therapy a future in medicine? British journal of Biomedikal Science, 1999, vol. 56, no. 4, pp. 270-279.

10. Galeeva N.V. Ozonoterapiya pri virusnykh gepatitakh A, V i S: avtoreferat. dis. … kand. med. nauk [Ozone therapy for viral hepatitis A, B and C: the dissertation of candidate. Med. Sciences]. Kazan, 2005. P. 20.

11. Golikov P.P., Nikolaeva N.Yu., Gavrilenko I.A. et al. Nitric oxide and lipid peroxidation as factors of endogenous intoxication in case of emergency. Patologicheskaya fiziologiya i eksperimental’naya terapiya, 2001, no. 2, pp. 6-9 (in Russ.).

12. Golikov I.P. Oksid azota v klinike neotlozhnykh zabolevaniy [Nitric oxide in the hospital emergency diseases]. Moscow: ID Medpraktika, 2004.

13. Guevara I., Iwanejko J., Dembinska-Kiec A. et al. Determination of nitrite/nitrate in human biological material by the simple Griess reaction. Clin. Chim. Acta, 1998, Jun. 22, 274 (2), pp. 177-188.

14. Gavrilov V.B., Mishkorudnaya M.I. Spectrophotometric determination of hydroperoxides, plasma lipid. Laboratornoe delo, 1983, no. 3, pp. 33-35 (in Russ.).

15. Korolyuk M.A., Ivanova L.I., Mayorova I.G., Tokarev V.E. Method for determination of catalase activity. Laboratornoe delo, 1988, no. 1, pp. 16-19 (in Russ.).

16. Ten E.V. Rapid method for the determination of serum ceruloplasmin. Laboratornoe delo, 1984, no. 6, pp. 334-335 (in Russ.).

17. Chang K.M. Immunopathogenesis of hepatitis C virus infection. Clin. Liver Dis., 2003, no. 7, pp. 89-105 (in Russ.).

18. Martynova T.V., Alekseeva I.N., Bryzgina T.M. et al. Influence of blockers of NO synthase in the immune response, monooxygenase activity and lipid peroxidation in the spleen of mice. Meditsinskaya immunologiya, 2003, no. 4, p. 206.

19. Ratnikova L.I., Mel’nikov I.V. Value of nitric oxide in hepatocyte injury during liver pathology. Epidemiologiya i infektsionnye bolezni, 2002, no. 6, pp. 50-54 (in Russ.).

20. Enaleeva D.Sh., Fazylov V.Kh., Sozinov A.S. Khronicheskie virusnye gepatity V, S i D [Chronic viral hepatitis B, C and D]. Moscow: MED press-inform, 2011. P. 463.