Тенгиз Бетанели: «В отношении сотрудников госпиталя к пациентам проявилась преемственность лучших традиций российской медицины»


Среди пациентов, которые перенесли новую коронавирусную инфекцию  и благодарны медицинскому персоналу инфекционного госпиталя Самарской областной клинчиеской больницы им. В.Д. Середавина  за оказанную медицинскую помощь,  — заведующий пульмонологическим отделением, врач-пульмонолог  Самарской городской больницы №4 Тенгиз Бетанели.  Сегодня он встретился со своими коллегами – врачами инфекционного госпиталя, которые спасли ему жизнь.

«При поступлении в реанимацию у Тенгиза Шотовича было диагностировано очень тяжелое состояние, фактически он был на грани перевода на искусственную вентиляцию легких, так как поражение легочной ткани превышало 90%, — заведующий отделением реанимации инфекционного госпиталя Самарской областной клинической больницы им В.Д. Середавина  Артем Алексанкин. – Мы применили современные методы интенсивной терапии, мощную гормональную  терапию для подавления процесса воспаления легочных тканей, неинвазивную вентиляцию легких, — все это позволило стабилизировать состояние. Благодаря лечению  уменьшилась одышка, улучшилось дыхание и  постепенно наш коллега пошел на поправку».
«Мне стало плохо в начале  июня прошлого года, буквально на второй день стало еще хуже, я почувствовал сильную одышку и боли в грудной клетке, — вспоминает Тенгиз Бетанели. — Меня доставили в отделение реанимации инфекционного госпиталя на базе больницы имени Середавина. Самое страшное в этой болезни – что она непредсказуема.  У коронавирусной инфекции  есть такая особенность – может внезапно ухудшиться состояние. В состоянии, когда я уже не мог дышать, меня перевели в отделение реанимации госпиталя, где развернулась борьба за мою жизнь. Две с лишним недели я был в реанимации, потом меня перевели в отделение на реабилитацию. В общей сложности я провел здесь месяц. Когда я лежал в реанимации, честно скажу, я помню далеко не всё, не все дни. Когда человек находится в состоянии кислородного голодания, это влияет на сознание.  Я помню реакцию докторов, когда я спросил: «А нет ли у вас авторучки?». Они удивились: «А для чего?» Я ответил — хочу написать, что я помню».
Сейчас врач планирует издать небольшую статью, чтобы рассказать, какие стадии проходит больной, что он чувствует при этой инфекции. «Я понял, что мне надо заняться реабилитацией пациентов, тех, кто перенес болезнь, — отмечает Тенгиз Шотович. — Постковидный синдром у всех протекает и по-разному, и в тоже время одинаково. В чем проблема? У человека появляются изменения, которых не было до болезни. Поэтому реабилитация пациента включает в себя и социальную, и физическую, и лекарственную части. У меня реабилитация заняла шесть  месяцев, я вновь  вышел на работу 23 декабря. Одно дело, когда ты работаешь только как врач,  а вот когда ты эту болезнь прочувствовал изнутри – совсем другое. Я теперь чуть больше понимаю наших пациентов».
Тенгиз Бетанели поблагодарил всех сотрудников инфекционного госпиталя, которые продолжают и сегодня быть на передовой борьбы с новой коронавирусной инфекцией.
«Что я еще хотел сказать про нашу реанимацию. Конечно, там тяжело — не можешь есть, не можешь пить, лежишь все время на животе (так пациенту легче восстанавливать дыхание) и вот нянечки, сестрички, врачи все сделают, чтобы тебе стало легче, подойдут, поговорят, помогут. В этом проявилась преемственность подхода к пациентам нашего российского здравоохранения. Я врач старой формации, понимаю, о чем говорю. И я очень благодарен своим спасителям».