Воспоминания


ВоспоминанияЧем дальше  победные дни 45-го, тем меньше остается тех, кто завоевал эту Победу для нас, своих потомков. Именно таков участник многих сражений Великой войны 1941-45 годов, доцент кафедры рентгенологии и радиологии Галимов Измаил Хабибуллович.
Совсем молодым человеком, отказавшись от брони рабочего оборонного завода, уходит он на фронт. В одном из  боев, в пригороде  Брянска, он получил тяжелое ранение. Погибла вся рота, в составе которой он сражался, но благодаря самоотверженности своих товарищей, которые вынесли его с поля боя, он остался жив.

С благодарностью  он вспоминает медсестер, которые отдавали ему свою кровь, врачей – реаниматологов, что четырежды возвращали ему жизнь, всех боевых товарищей. Он охотно откликался на просьбу рассказать о подвиге военных лет, писал воспоминания, встречался со школьниками. Они проходили у него почти регулярно, иногда даже по нескольку раз в день. Так и на встречу, ко дню Победы, которую мы организовали  в нашей библиотеке, он пришел прямо из школы, где  рассказывал о подвиге своих однополчан в годы войны.

Вот основные вехи его жизни. Из биографии  И. Х. Галимова.  Родился в 1924 году  — Куйбышевская область, город Мелекесс.

Участник боев на Курской дуге, затем Орловский и Брянский фронты, с 1943 года — командир пулеметного взвода.

В 1943 г. был ранен, до марта 1944 г. находился в госпитале. С сентября 1952 г. зачислен клиническим ординатором кафедры нервных болезней. В 1954 г. рекомендован в аспирантуру за положительные качества при проведении научной работы. С 1955 г. работал на кафедре рентгенологии и радиологии, с 1958 г. — ассистент кафедры рентгенологии.


В 1961 г. защитил кандидатскую диссертацию на тему «Содержание брома в крови неврологических больных и его динамика при глубокой рентгенотерапии».

С 1964 г. — доцент кафедры рентгенологии. В течение четырех лет успешно выполнял обязанности декана хирургического факультета.

Награды и поощрения.

Дважды  награжден Орденом Красной звезды, в 1946 г. — медалью «За Победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.», в 1966 г. — медалью «20 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.», в 1975 г. — медалью «30 лет Победы в Великой Отечественной войне», в 1969 г. — медалью «50 лет Вооруженных сил СССР», в 1970 г. — юбилейной медалью «За доблестный труд  в ознаменование 100-летия со дня рождения В.И. Ленина». В 1974 и 1977 гг. награжден знаками «Победитель Социалистического соревнования», в 1967 г. — значком «Отличнику здравоохранения». Автор свыше 70 научных работ.


Свои воспоминания, которые мы представляем нашим читателям И.Х. Галимов заканчивает словами о том, кому обязано молодое поколение, что она живет в мире – подвигу участников Великой войны. Берегите память о них.

Заведующая научной библиотекой  Г.М.Мингазова

Через 65 лет после дня Победы воспоминания фронтовика.

Накануне большого праздника, 65-летия дня победы в ВОВ, ее некоторые участники-фронтовики пишут воспоминания, которые печатаются в сборниках, газетах, а иногда и в журналах. В большинстве своем они пафосно информируют о своем участии в сражениях и боях, как они шли к победе. После долгих размышлений я решил изложить текст в плане собственных впечатлений, что я лично видел и собственного участия в боевых операциях на северном фланге Курской дуги, на которой оказался благодаря своей судьбе. Я горжусь, что был активным участником этого сражения. Хотя я тогда был молодым, в возрасте 18 неполных лет, в должности командира стрелкового взвода в звании младшего лейтенанта.

Свои воспоминания начинать приходится с чувства горечи и боли в сердце. Много, что связано с ВОВ, сейчас реформируется. Почти практически запрещены символы этой войны,под которыми мы воевали – красное знамя, нет эмблемы серпа и молота. А сейчас в СМИ пишут, что даже красные звезды на самолетах при параде в Москве отменены. Часто нас извещают о вандализме на кладбищах, где захоронены погибшие в боях, разрушаются памятники. В учебниках по истории 2002-2004 гг. я читал искаженную, абсурдную информацию о ВОВ. Что же это такое? Это неуважение к памяти погибших и к нам, еще живым.

А теперь, конкретно, каков мой путь на Курскую битву. После окончания средней школы был мобилизован на работу в КАПО с оформлением брони от призыва в армию, но в августе 1942г. я и еще 6 выпускников школ обратились в мобилизационный пункт, который находился в клубе Кутузова Приволжского района г. Казани, с просьбой отправить нас на фронт. Водным транспортом по Волге и Оке нас отправили в сборный пункт в г. Рязани. В то время началась трагическая и героическая оборона Сталинграда. Мы полагали, что нас отправят туда. Ведь на фронт шли добровольно, искренне мы хотели быть полезными. Да, без всякого пафоса, мы были патриотично настроенными, ведь мы были комсомольцами. Тогдашнее общество сумело воспитать нас такими. Тогда комсомол был активной, не закомплексованной организацией.

Вместо Сталинграда нас направили в г. Касимов в военно-пулеметное училище. После фронта вернулись только трое из семи. Вайсман и я стали врачами, а Крикунов стал преподавателем математики КГУ. В составе курсантов были выпускники школ, их примерно половина, а другая часть была старше нас, которые уже воевали, но без среднего образования. Это были люди, работавшие в колхозах, на заводах и т.д. Коллектив курсантов был дружным, дедовщины не было. Все хотели пройти быстро учебу и ехать на фронт.

Вот такие были времена. За 24 года существование государство сумело создать такую общность большинства, что почти исчезла неграмотность, беспризорщина. Они в большинстве относились друг к другу добрее, чем сейчас, не было межнациональных конфликтов. Культа богатства и такого жестокого отношения между людьми не было, как сейчас. Пользовались уважением рабочие профессии. Сейчас часто слышу слова «работодатель», «гастарбайтеры» (это слово звучало только в фашистской Германии), «безработица» и т.д. Тогда теперешняя ситуация могла присниться только в страшном сне. О тогдашних социальных возможностях для трудящихся (такое слово тоже исчезло из обращения) сейчас даже мечтать невозможно. В те годы, конечно, существовали люди другого склада отношения к жизни, другой ориентации. Но я пишу о той обстановке, в которой жил, среднего достатка граждане, в большинстве своем рабочие и инженеры.

После краткосрочного обучения в начале 1943 г. нам присваивали звание лейтенанта и младшего лейтенанта. Первое звание получали уже имеющие фронтовой опыт курсанты. После выпуска нас отправили пешим ходом в г. Рязань. Молодые 17-18-летние ребята к таким походам, да еще и зимой, не привыкли. Нам было нелегко, но все добрались до станции Рязань. По железной дороге нас перебрасывали из одного запасного офицерского полка в другой, в их числе общежитие завода «Калибр» (г. Москва), Тула, село Обидимо. Из последнего пункта, вручив документы, нас по 2-3 человека направляли в части и подразделения, которые уже выступали в боевые действия на северном фронте Курской дуги.

Меня направили в 967 стрелковый полк 273 СД, который входил в 11 армию. Полк я догнал в лесу, после боя батальона у с. Брусны (июнь).В полку были большие потери в людском составе. Командир полка Тренгулов после беседы направил меня в первый стрелковый батальон, командиром которого был майор Пьянов. Он считался опытным боевым командиром. Вместо пулеметного взвода, в составе которого не было солдат – они были ранены и убиты – направил в стрелковую роту, командиром которой был бывший директор школы (фамилии не помню) в звании старшего лейтенанта. Рота получила пополнение из числа лиц, осужденных за растрату и другие гражданские нарушения. Криминальных лиц не было. Все они были в возрасте 30-35 лет, военного опыта не имели. С этого времени, можно отметить, началась моя конкретно боевая жизнь.

Действовать приходилось в сложной боевой обстановке, в труднопроходимой лесистой и заболоченной местности. Дремучий густой брянский лес известен многим. Было множество минных полей. Болотистые, заминированные берега р. Рессета затрудняли наши маневры. Лесные дороги были также заминированы.Военная тактика подразделения заключалась в частых переходах, маневрах, частые ночные переходы в 15-20 км. Людские потери были большие – воевать то мы учились на ходу. Надо еще знать, что часть офицеров были на гражданке бригадирами и председателями колхозов, мобилизованными на фронт. Со своими людьми в подразделении практически мало общались. Получив приказ сверху, они старались выполнять поставленные им задачи любой ценой, не считаясь с потерями. С нами общались, хоть и не часто, командир полка Тренгулов и комбат Пьянов. Вооружение в роте на июль месяц состояло – примерно у трети бойцов было из автоматов ППШ, карабины и винтовки Мосина были у всех остальных. Уже к августу автоматы ППШ были у всех. Это благодаря тяжкому труду рабочих глубокого тыла. Ручной пулемет Дегтярева был в единственном числе в роте. При этом надо помнить, что немцы укрепляли свои позиции в лесу и населенных пунктах больше года. Следует также отметить, что вражеская военная техника была более совершенной – и автоматы, и ручные и станковые пулеметы производились в крупных заводах Европы. Вся техника была на высоком уровне (заводы Круппа, Шкода). В их распоряжении автотехника, а у нас конная тяга, да и то не в каждом взводе.

К началу августа 1943 года в батальоне и ротах были очень большие людские потери. Этому были причиной минные поля на лесных дорогах, берегах рек и болотах. И, конечно, гибли при атаках на позиции немцев в населенных пунктах. Нередко потому что осуществлялась недостаточно продуманная тактика боя офицерами.

Новое пополнение, поступившее в первых числах августа, состояло из очень молодых парней 1925-1926 г.р. У многих из них еще не стерлись детские черты лица. В моем 1 взводе оказалось 26 парней, мой заместитель старший сержант Самохвалов и я. Мне – 18 лет. В разведывательных ночных боях возле г. Дятьково я был легко ранен. После перевязки остался в строю. Позже – был представлен за этот эпизод к ордену Красной Звезды.

Что касается огневой поддержки артиллерией, то за все время видел и слышал использование «Катюши» 3 раза. Полковая артиллерия застревала в болотах – она была на конной тяге и поэтому существенную помощь оказать не могла. В основном нас поддерживал батальонный и ротный минометы. Танки вообще не могли проходить через болота и густой лес. Таким образом, основная боевая сила была пехота и стрелковое оружие и гранаты.

Отрадно вспоминать, что в те далекие сложные и тяжелые дни все были как родные братья (в роте, во взводе). Каждый в любой момент был готов прийти на помощь своему товарищу, даже рискуя жизнью. У многих ребят, особенно последнее пополнение, не было страха смерти, они знали, что могут не выжить, ведь условия боев были жесткими, назад хода не было. Ведь они видели сожжённые деревни и села, убитых гражданских лиц, слышали об угнанных в рабство молодых женщинах (мужчин немцы просто расстреливали). Если бы старшие офицеры были более грамотны и осмотрительны и старались беречь, сохранить людской состав путем использования грамотно выполненных тактических задач, тогда, может быть, потерь было бы меньше.

Наши соседи по фронту, бойцы из армии К.К. Рокоссовского говорили, что «наш Костя» зря в атаку и в боевые действия не направляет, бережет своих солдат. Он часто использовал огневую подготовку и предварительную войсковую разведку. Эта молва о Рокоссовском распространялась по «солдатскому радио» часто.

Теперь о последнем бое, трудном самом. В ночь с 14 на 15 сентября, наш 967 полк перебросили к реке Болва, северо-восточнее г. Бежица (пригород Брянска). Западный берег реки был сильно укреплен немецкими ДОТами и ДЗОТами. Разведчиками полка была форсирована река и построена переправа. Чтобы подавить огневые точки и сбросить врага с рубежа обороны, утром 16 сентября нашей роте было приказано перейти переправу (мост) и ударить на правый край линии обороны противника.

В сражении погиб наш командир роты. По уставу БУП, я как командир 1 взвода должен был продолжить атаку. Мой заместитель, старший сержант, погиб в начале атаки. Со своими молодыми, но смелыми и решительными парнями сумели занять большую часть линии обороны. Немцы своим интенсивным огнем из разных видов оружия нанесли тяжелый урон живой силе, т.е. солдатам нашей роты, а затем покинули позиции, опасаясь окружения. Они и раньше так поступали в сложных для них ситуациях. Старались сохранить жизнь. Я был без сознания – у меня в области плечевого сустава оторвало руку разрывной пулей. Видимо стрелял снайпер, а я в это время, бросая гранату, повернулся. Он вместо сердца попал в сустав. Так рассуждал фронтовой хирург, спасший мне жизнь. Хотя в спасители я записал бы также солдат похоронной команды. Очевидно, по какому-то признаку, они не захоронили меня, а повезли в санроту. В полковой медицинский пункт пришел адъютант батальона Брандт, чтобы установить подробности сражения. От него я узнал, что погибла вся рота, в том числе и взвод. За этот бой я получил Красную Звезду.

Горько, что обижают память погибших. Они ведь отдавали жизнь, чтобы вы все были, существовали, и плодились. Не надо обижать и память живых, уже мало оставшихся. Причем здесь тогдашние символы – Красная Звезда, Красное Знамя, Серп и Молот? Чем они провинились? Сейчас даже свастику видеть можно. Где же интеллигентность, гуманизм и объективность у современных идеологов и реформаторов.

И в заключении хочу добавить, что я шесть месяцев обучался в училище, четыре месяца находился в резервных офицерских полках, 81 день находился на передовой, участвуя в непосредственных боевых действиях и, наконец, лечился 6 с половиной месяцев в госпиталях. В госпиталях 4 раза подвергался реанимации. Следователь, я был в списках Советской армии почти полтора года.

И последнее, что хотелось мне изложить в конце этих воспоминаний. К сожалению, об этом я вспомнил только в конце. Это большой вклад в дело победы фронтовых медиков. Благодаря им значительная часть раненых воинов возвратилась в строй. Медицинские работники фронта были уникальными, неповторимыми по душевности и мастерству.

На своем примере я хочу отметить, что остался в живых благодаря уже первой медицинской помощи. Из-за большой потери крови врачи предполагали, что я уже не выживу, но все же решились уже на передовой, в медсанбате, сделать прямое переливание крови. Операционная сестра, украинка Марина, согласилась сдать кровь мне прямо в операционной. Таких переливаний у меня было еще 3 раза – в эвакогоспиталях в Туле, и г. Шабалино Кировской области.

А о батальонных, ротных медицинских сестрах и санитарах могу только писать и вспоминать с глубоким уважением. Они были (по крайней мере, где я служил и воевал) потрясающе бесстрашными и решительными. Они не уступали мужчинам в смелости, трусов среди них не было. Их труд требовал не только силу, но и умения и воли.

Свое сочинение хочу завершить конкретными своими мыслями – что дала нам победа над гитлеровским фашизмом для нашего современного общества. Хотя это ясно многим, но все же напомню еще раз. Прежде всего, мы не стали рабами, людьми второго сорта. Это в случае, если бы мы выжили во вражеской оккупации. Планы по колонизации и сокращению числа населения СССР были их основными задачами.

После возвращения с войны у меня образовалась семья. Дружно и счастливо прожили с женой 58 лет. Учились, много работали, жили скромно, можно сказать, в среднем достатке. Жена проработала 50 лет учителем русского языка и литературы, а я отдал медицинской практике и науке 47 лет. У нас две профессионально успешных дочери, четверо внукови семеро правнуков.

Всего этого не было бы без победы нашей родины. Так что, современное среднее поколение, молодежь, юноши и дети должны знать, что они обязаны своим предкам – отцам, братьям, сестрам, матерям своим существованием. Берегите же память и уважение к своим дедам и бабушкам.